На привале в закопченных котлах закипала похлёбка. Солдаты, развалившись под полуденным солнышком, дремали, отходя от вчерашнего боя.

Герт принес мне полную тарелку варева, поставил ее на землю и примостился рядом. Он дул на горячий суп, вылавливая из него какую-то травинку.

— Лист на дурман-траву похож, — озадаченно проговорил он, подцепив ложкой пожамканную зелень.

— Ты что, травник? — усмехнулся я.

— Мать у меня была травницей, — вздохнул Герт, сжимая висящий на груди медальон. — И судьбу предсказывала.

— Что ж она тебя бросила?

— Не знаю. Мал я был, не помню... Сказала, что у меня другой путь. И на роду мне написано кого-то там спасти, избранного вроде... — Герт скривился в грустной улыбке. — Только бред все это, наверно совсем свихнулась на своих травках-грибочках, вот и бросила меня.

— Скучаешь?

— Думал, что нет, но в последнее время часто ее вспоминаю. — Герт открыл медальон и, сняв его с шеи, протянул мне. Вот... все, что от нее осталось.

Я взял медальон и вздрогнул. На маленьком рисованном портрете улыбалось мне лицо немолодой женщины. Это была городская гадалка из Астрабана....

— Твоя мать спасла мне жизнь, погибнув сама...

Ошарашенный Герт выронил тарелку горячего супа, так и не успев отхлебнуть.Запах варева ударил мне в нос. Волчье обоняние уловило смертельные нотки алкалоидов.

— Суп отравлен! — заорал я и бросился к сидящим воинам, пинками выбивая у них из рук тарелки.

Через минуту взбудораженный лагерь гудел, началась суета. Кто-то уже успел опустошить тарелки и валялся в смертельных судорогах и спазмах.

— Я же говорил, — лепетал Герт. — Дурман-трава!

Больше сотни солдат, отведав супа, уже не встали.

— Кто готовил пищу?! — заорал я. — Всех сюда!

Около двадцати трясущихся "тыловых крыс" предстали передо мной. Я прошел вдоль строя поваров, всматриваясь в глаза каждого.

Знакомое бородатое лицо, подернутое смертельной бледностью, смотрело на меня, не отводя взгляда.

— Как твое имя? — спросил я.

— Регар, господин.

— Староста сожженного Тереска, герой, принесший весть о нападении варгов, что ты здесь делаешь?

— Я присоединился к легиону, чтобы отомстить кочевникам за погубленных родных и близких.

— Покажи мне руки, Регар.

— Что вы, командор? Вы думаете, это я?

— Покажи руки! — рявкнул я.

Регар протянул ладони, запах дурмана ударил мне в нос.

— Сколько в Тереске было домов? — я схватил его за ворот и тряхнул.

— Я-я-я не помню... Около пятидесяти.

— Ты никогда не жил в Тереске, я насчитал шестьдесят три сгоревших дома, — сказал я, волоча предателя за ворот в командирский шатер. Регар вдруг обмяк и потерял сознание.