Он уже собрался схватить её за руку, утащив за собой, но тут не выдержала моя душа.

— А ты кто такой-то, чтобы ей указывать?

Я удостоилась только презрительного взгляда.

— Я? Тебе даже имя моё знать не положено, простолюдинка, — заявил он, а потом вдруг принюхался, и его взгляд мгновенно изменился. — Хм, как интересно… Кому ты принадлежишь, женщина? Я заплачу и заберу тебя!

Ж-женщина?! Вот забавно, когда Мор меня так называл, это было даже приятно.

— Ты сейчас реально меня оскорбил, чешуйчатая скотина? — У меня даже голос сел от возмущения, а вокруг стало так тихо, что было слышно, как паук, спускающийся на паутине, полез обратно. В укрытие.

— Повтори.

— Я сказала, ты, гнойник драконий, меня оскорбил?

Бекка злорадно улыбнулась щербатой улыбкой, пока другие драконы не верили, что такое вообще прозвучало в адрес их собрата, а тот быстро пришёл в себя, сверкнул на меня глазами и молвил:

— На колени.

— Ну, раз тебе так не терпится – падай, — разрешила я.

И вот что удивительно – упал ведь, болезный. Удивлённый вздох был слаженным, как синхронистки на олимпиаде, да и сами товарищи драконы выглядели скорее как девицы, ужасаясь произволу. Только белоснежка стоял молча и что-то подозревал. Подозревал, но не мг ничего доказать.

— Что ты со мной сделала?

— Хе-хе, — знакомо рассмеялся лис. — Ты, Снежа, когда тикать отсюда будешь с детьми, не забудь задобрить нашего Морозушку – ох и лютый он нынче.

А вот нечего было меня запирать…

«Не собираюсь я убегать!»

Снежная позёмка вдруг поползла по полу, не давая мне опомниться, и быстро заключила драконов в идеальный круг. Те, конечно, попытались вырваться, но тут же натолкнулись на невидимые стены, а тот, коленопреклонённый вообще вмёрз в пол намертво и начал кое о чём догадываться. Но было поздно.

Тогда-то все они и узрели явление Мороза – великого, ужасного и злого.

— Ты. Сбежала. — Медленно, с расстановкой произнёс он на пафосе, пока белки уже примерялись к пленникам – их отделяло от зверства всего ничего, но самих драконов ужасали не они. — Кто тебе разрешил?

Я решила в кои-то веки прикинуться послушной и кинулась ему на грудь.

— Морозушка, не губи! Не за себя прошу – за детей наших!

— Де…

— … тей, — закончила я, и куча голодных глаз уставились на Мора, но нужно было добить, и я поманила Бекку.

Та всё поняла без слов и рванула к Винсенту, нацепив своё «рабочее» лицо, а заодно и платье в рекордные сроки.

— Дяденька, а Вы станете моим папой? Я так давно никого не звала родителями. — Крокодилья слезинка скатилась по щеке, и Мор совсем замер. — Эти плохие дядьки, — указала трясущейся ладошкой на кучку уже осознавших всё драконов, — заставляли нас делать всякое. За еду, — коварно добавила она.