Да не, ерунда какая…
— Леди, предлагаю разделиться, — сказала Лекса. — Вы ищите девушек, а я всё же поищу зал – если он подготовил всё там, я постараюсь испортить ему планы.
И, не дожидаясь моего ответа, который, между прочим, был категорично отрицательным, я отправилась проверять все двери.
Внизу раздавался мужской смех – видимо, кто-то очень остроумно пошутил, – и мне зачем-то очень захотелось услышать, в чём же была причина такого веселья. И вот, стоило мне перегнуться через перила, чтобы поймать пару сплетен и быть в курсе последних новостей, мой затылок взорвался болью.
— Какого…
Договорить уже не вышло.
Сознание стремительно начало меня покидать, и, падая, я смогла зацепить только женскую фигуру с лицом подруги, но может, мне просто показалось?
Не показалось.
Это я поняла, пробуждаясь в том самом зале с кучей зажжённых свечей, после того, как Лекса меня вырубила. А теперь я была прикована к какому-то холодному камню руками и ногами, прямо как остальные девушки, которые тоже начинали просыпаться.
— Привет, жёнушка, — оскалился брюнет, видно уже какое-то время ожидая моего пробуждения. — Выспалась? А то ночь предстоит тяжёлая.
— А что? На завод меня отправишь?
Жёсткие пальцы впились в подбородок с болью, а глаза, полные одержимого безумия немного испугали – настолько жуткими они были, что захотелось сбегать в туалет для перестраховки. Мало ли…
— Меня радует твоё хорошее настроение, потому что оно тебе понадобится, Рисса.
Сбоку я уловила движение, и когда повернула голову, увидела Лексу, которая уже сбросила личину, а теперь смотрела на меня с безразличием, одетая так, будто только что ограбила Лувр.
— Зачем? — спросила я.
— Вам не понять,леди.
— Куда мне… Но знаешь, если это связано с твоей сестрой, я бы не стала верить этому ящеру.
— Вы ничего не знаете!
Судя по эмоциям, я попала в самую точку, и пока мы мило болтали, Фэйргад – а что, звучит! – повернулся ко мне задом и к кому-то передом, после чего вокруг вспыхнули магические огни. Тогда я и увидела всех этих драконов, в предвкушении ожидающих развязки.
— Господа! — обратился к ним муженёк. — Сегодня великая ночь! Ночь, когда мы перестанем жить, как нищие, просящие милостыню в виде магии! Ночь, когда никто не будет больше диктовать нам условия, и мы заберём своё по праву предков!
Твою ж мать…
И когда его громко поддержали гости, я полностью готова была признать, что облажалась, а Мор был прав.
Жаль он, видимо, об этом не узнает.
27
Чутьё никогда его не обманывало.
Мор мог быть каким угодно недальновидным, порой упрямым, как говаривала матушка, но ни разу ещё не проигнорировал своего зверя.