А ещё я поймала себя на мысли, что мне всё равно на его внешность – неважно, шрамы он скрывал или ещё какое-то уродство. Я просто хотела убедиться, что меня не разыгрывает муженёк-дракон, играя мной, а потом планируя этим воспользоваться.
И всё же я почему-то медлила.
Пальцы уже кололо от того, как хотелось откинуть этот капюшон, но вместо этого я отдёрнула руку, как от огня, и аккуратно стала выбираться из жарких в буквальном смысле объятий. Мне нужно было просто немного пространства.
Я встала с постели, пытаясь не создавать шума, а заодно посматривала, не пошевелился ли Мор. Но он спал – неподвижный и мощный, как скала. Выдохнув с облегчением, я сунула ноги в туфли и сделала всего пару осторожных шагов в сторону двери, когда передо мной вдруг выросла ледяная стена.
Её поверхность была такой идеально-гладкой, что напоминала зеркало, отражая новую меня, и в первый миг я чуть не шарахнулась в сторону, запоздало вспомнив, что теперь выгляжу именно так. И когда дёрнулась, справа тоже появилась стена, так что теперь я стояла в углу, как наказанная.
— Думаешь, это смешно?
Мор всё так же спал, а лёд, явно считая, что это не просто смешно, но ещё и умно, рисовал сердечки и цветы на поверхности, и тогда я снова ощутила тепло в пальцах, желая расплавить препятствие.
Но почему-то вместо того, чтобы убрать преграду, я внезапно прошла через неё, как сквозь толщу воды, очутившись в солнечном жарком дне.
9
Я лежала на чьих-то коленях, а ладонь незнакомца закрывала мои глаза от упрямых солнечных лучей, создавая тень. Лица его мне было не видно – лишь волосы до плеч, в которых запутались частички света.
Прохлада реки идеально смешалась с жарой летнего полудня, но в объятиях этого мужчины вообще всё казалось идеальным, а какие-то мелочи вроде жужжания пчёл или иного постороннего шума, даже не воспринимались всерьёз.
— Знаешь, если ты поколотишь ещё кого-нибудь, вокруг не останется мужчин.
— Моя маленькая Рисса… — Тёплые пальцы гладили по щекам с необычайной нежностью, и я таяла от одних этих касаний. — Мне больно от того, насколько ты наивна, раз не замечаешь их жадных взглядов в твою сторону и не слышишь их разговоров.
— А зачем мне их замечать, если смотрю только на тебя? Глупый.
Он замер, услышав признание, а я накрыла рукой его ладонь.
— Правда?
— Неужели тебе всё всегда надо доказывать?
Наклонившись, он коснулся моих губ так невесомо, что это можно было списать на ветер, едва коснувшийся кожи.
— Желательно…
Очнулась я резко и на полу.
Лёд, который я растопила, снова начал жить своей жизнью и приморозил мои волосы, так что пришлось себя освобождать. Когда пряди снова были свободны, я поняла, как успела замёрзнуть, поэтому пришлось забраться под одеяло к большому и тёплому телу на кровати.