— Нашелся. Интересные у вас тут места…

Ведьмаки вышли из машин и остановились на парковке. Остальные — подмастерья и члены съемочных групп, судя по всему — проследовали в гостевой дом, больше походящий на казарму и расположившийся во дворе.

— Очень интересные, — согласился со мной дядька. — И дюже красивые. Если бы ещё заповедника по соседству не было…

— Разберемся, — ответил я.

— Благодарствуем, милсдари ведьмаки, — поклонился староста.

Он развернулся и хотел было уходить, но я его остановил:

— Погодите…

Я замялся, словно бы вспоминая имя.

— Пахом, — подсказал дядька.

— Мастер Пахом, нам бы с вами поговорить.

Староста вздрогнул, остановился. Обернулся и со страхом посмотрел на меня:

— А это… о чем?

— Расскажете, что у вас тут творится, мастер Пахом, — вклинился в разговор Иван Пожарский. — Чтобы мы хотя бы приблизительно знали, с чем придется работать…

— А, вон чего! — кивнул староста и утёр выступившую на лбу испарину. — Это завсегда. Идёмте в дом…

Я подошел к рукомойнику, который висел у стены и долго плескал воду в лицо. А когда обернулся, то обнаружил ведьмаков, терпеливо ждущих моих пояснений.

— Предпочитаю входить в избу умытым.

— Ох уж эти ваши деревенские замашки! — вздохнула Марья и следом за мной подошла к рукомойнику, чтобы ополоснуть руки.

Остальные последовали ее примеру. Служка принес нам стопку чистых жестких полотенец.

После этого мы поднялись по крыльцу, собранному из крепких досок, и прошли в горницу, где уже был накрыт большой стол под белой скатертью с вышивкой по краям. И судя по обилию блюд, селяне не бедствовали. На столе стояли соленья, тушеные овощи, ломти мяса и белой рыбы, свежие караваи хлеба. Меж тарелок торчали кувшины с морсом, пенным и кислым молоком.

— Может быть, сперва поужинаете? — уточнил староста. — А то вы весь день в дороге, проголодались поди.

— Уберите хмельное, — строго приказал я. — И из дома помощников тоже. Если замечу кого пьяным — скормлю водяному.

— Да никто не додумается пить… — нахмурился Олег, но останавливать служку, который рванул в казарму, не стал.

Мы расселись за столом, я выбрал место ближе к окну. Староста пристроился на углу и отодвинул от себя тарелку.

Без долгих ритуалов мои коллеги принялись за трапезу. Хоть я и не ощущал особого голода после кормежки Ягини, все же положил себе на тарелку ломоть мяса и полил его брусничным соусом. Съел совсем маленький кусочек и скривился — местные кушанья хоть и выглядели богаче, а все же не были так вкусны, как те, к которым я привык. Но все же нельзя было не отметить, что разнообразие блюд тут было поистине царским.