— Если в твоей корзинке нет этой самой солянки, то и не говори о ней, — строго предупредил я.

— Ты не наелся?

— Голоден. Но немного иначе, — тут же отозвался я и растрепал волосы.

Девушка легко сошла с высокого барного стула и внимательно посмотрела на меня. Потом провела пальцами по щеке, и мне вдруг показалось, что воздух наполнился едва заметным запахом белых цветов. Но морок истаял через мгновенье, а Маришка встала на носочки и прошептала мне на ухо:

— Ты очень устал после всех сегодняшних мероприятий? Может быть, покажешь мне спальню?

И я не стал отказывать гостье. Взял ее за руку и повел за собой.

* * *

— И как тебе новая квартира? — спросила у меня компаньонка, когда мы уже лежали в кровати и смотрели сериал про ведьмачью семью.

На экране героиня в синем плаще удерживала от падения целый вагон с простолюдинами и не собиралась сдаваться.

Маришка закинула на мое бедро ногу и рисовала на груди длинным ноготком странные узоры.

— Просторные комнаты, — ответил я. — Мне нравится.

— Ну, не знаю, — задумчиво протянула девушка. — Мне было бы тут очень страшно, наверно…

— Я провел здесь только одну ночь, — ответил я. — Не разобрался, есть ли тут нечисть. Хотя думаю, что любому домовому было бы тут не особо уютно.

Про то, что той ночью я спал на диване, а в комнате на этой самой кровати отсыпалась Лошадчак, я решил умолчать.

Маришка приподнялась на локте, взглянула на меня и прямо спросила:

— То есть, ты не хочешь, чтобы к тебе переехала помощница?

— Оу! — воскликнул я. — Даже не подумал об этом…

Девушка фыркнула и встала с кровати:

— Вот вечно ты так! Совсем не понимаешь намеков.

— Ты же сейчас исполняешь обязанности секретаря семьи, — напомнил я.

— Надеюсь, Лилия Владимировна уже очень скоро придет в себя достаточно, чтобы заняться делами, и я снова стану компаньонкой темного ведьмака и моделью для мерча Морозовых, — ответила девушка. И вышла из комнаты. А через несколько секунд в ванной послышался шум льющейся воды.

Я же задумался о ее словах по поводу переезда. И довольно улыбнулся, вспомнив о том, что Лилия скоро поправится. Да и в целом помощь Маришки мне бы не помешала.

Но размышления о совместной жизни с компаньонкой прервал звук из ванной:

— Миша, можно тебя?

Что-то в тоне голоса девушки мне не понравилось. И в голове сами собой начали появляться мысли, что где-то я накосячил. Так, перебирая возможные варианты, я встал с кровати, натянул домашние штаны и подошёл к дверям ванной. И моему взгляду предстала ужасная картина.

Дверца стиральной машинки была открыта, Маришка стояла рядом, и вид у нее был очень озадаченный.