Эти слова неожиданно задели Лошадчак. Она нахмурилась, поджала губы и окинула меня недобрым взглядом.

— Как ты меня назвал?

— Никак. Повторяю: не верю, что ты…

— Я услышала, что ты сказал! И это неприятно.

— Это неприятно тем, кто тебя окружает. Думаешь, им нравится твое поведение? Эти твои выходки…

— Я веду себя так, как считаю нужным. И не пытаюсь нравиться.

— Значит, я тоже могу вести себя так, как сам того захочу.

— Я тебе не мешаю, — девушка провокационно усмехнулась. — И не ограничиваю. Сделай наконец то, что хочешь.

Официант застыл рядом со мной, настороженно уточнив:

— Все хорошо? Вы готовы приступить к трапезе?

— Конечно.

Передо мной появилась тарелка из белоснежного фарфора, на которой возлежал ломоть мяса. Он источал аппетитный аромат, и я понял, что и впрямь проголодался.

Позабыв о наблюдающей за мной неприятной соседке, я неспешно принялся за еду. Тольяна не мешала мне, рассеянно ковыряясь вилкой в салате. Она несколько раз порывалась что-то сказать, но я качал головой, и она замолкала. Когда с телятиной и ломтиками хрустящих огурцов было покончено, я отложил приборы и вытер губы льняной салфеткой.

— Дома тебя не так вкусно кормили, верно? — медовым голосом осведомилась девушка.

— Ты ведь познакомилась с морозовской кухней, — заметил я. — И должна была понять, что я привык к хорошей стряпне.

— Иногда ты говоришь прямо как провинциал… — Лошадчак принялась осматривать свой маникюр. — Все же сложно вывезти из человечка Муром.

Я взял со стола стакан воды, сделал глоток и оценил прохладу напитка.

— Ты и компаньонку выбрал себе из народа. Верно? — продолжила девушка с издевкой. — Тебе так спокойнее, да? Ведь привести в дом кого-то образованного, хоть немного выше по статусу, тебе не по плечу.

— Ты что-то имеешь против моих домашних?

— Мы сейчас не в твоем доме. И я могу говорить то, что хочу.

— Это даже забавно, — я улыбнулся.

— Твоя любовь к челяди настораживает. Неужели все дело в том, что ты рос среди навоза и привык к…

Она не договорила. Я поднялся и неспешно вылил воду на голову блогерши.

— Что… Что? — она не сразу осознала происходящее и посмотрела на меня снизу-вверх.

— Я веду себя так, как считаю нужным, — вернул я девушке сказанную ею прежде фразу. — И не пытаюсь нравиться. По твоему совету я сделал то, что хотел. И знаешь — ты права! Это действительно приятно.

Вынув несколько купюр из портмоне, я положил их рядом с тарелкой и обратился к подбежавшей администраторше:

— Добавьте к счету стоимость блюд моей дорогой подруги. Если она пожелает, то отправьте ей комплимент в апартаменты. За счет Морозова.