Монстр заворочал своей башкой, злобно рыча. Меня окатило волной вони, от которой заломило в висках. Но страх я умел глушить — слишком много подобных чудовищ я видал.

— Ну уж нет, ублюдок, — сказал я громко. — Мы ещё не закончили!

Я сложил пальцы в руну «Крайд». Пара секунд, и моя ладонь залила пространство ослепляющим сиянием — точно миниатюрное солнце вспыхнуло в моём кулаке. Я резко выбросил руку вперёд.

Удар пришёлся прямо в кривую челюсть Грохача. Вспышка огня охватила уродливую рожу, обжигая грязно-серую плоть и обугливая цементные наросты. Монстр вскинул башку и пронзительно заревел, разжимая когти.

Этого оказалось достаточно.

Хватка ослабла, и броневик, хрипя двигателем, рухнул на дорогу. Я сам не успел среагировать: почувствовал, как машина выскальзывает из лап Грохача и с грохотом обрушивается назад.

В последний миг я упал внутрь кабины, больно ударившись коленями о металлический пол. Колёса стукнулись об асфальт, и подвеска жалобно заскрежетала, но встали мы более-менее на ровную поверхность.

— Гони! — взревел я, перекрывая треск мотора.

Булат не заставил себя уговаривать: он вдавил педаль, и броневик рванул вперёд, вздымая клубы пыли и щебеня. Из люка тут же застучала турель Фокуса: он давил на курок короткими сериями, отвлекая монстра.

Грохач тряс головой, на которой ещё дымилась моя магическая метка, и рычал от боли. Должно быть, ему здорово досталось — хоть и не смертельно, но по крайней мере мы сумели высвободиться. Монстр потерял пару секунд, проморгался, не ожидав такого отпора.

— Чёрт, командир, — прорычал Гвоздь, поднимаясь с пола, — думал, нас сейчас расплющит!

— Живы? — спросил я.

— Вроде, да… — отозвался Старший.

— Командир, Кора! — воскликнул Батя

Взгляд мой упал на сиденье, где лежала Кора. Точнее, не лежала, а почти сползала на пол. Я почувствовал, как внутри всё холодеет: на её виске красовалась зловещая тёмно-алая полоса, от которой медленно стекала кровь.

— Кора! — вырвалось у меня. Я переполз к ней через переборку. — Чёрт, держись!

Она была без сознания. Пульс прощупывался, но дыхание слабое, губы бледные. Видимо, когда нас швыряло в воздухе, она сильно ударилась головой. Резкая тряска и падение машины не могли пройти бесследно.

— Командир, что делать? — взволнованно спросил Клей.

— Проклятье… — я скрипнул зубами. — Булат, на базу! Мчись, как умеешь!

— Принял!

Мотор взвыл с новой силой, и броневик понёсся прочь, лавируя среди обвалов и трещин на дороге. Я тем временем подтянулся к Коре, упёрся коленями в металлическое основание сиденья и сложил пальцы, призывая «Мирда» — исцеляющую руну. Она, конечно, уступала в эффективности профессиональным целителям, но могла удержать раненого на плаву, пока не будет оказана настоящая помощь.