— Я понимаю, — ответил я, чуть смягчив тон. — Но подумай сам: если разрыв начнёт расширяться, сюда полезут твари. Ваш форт ничто не спасёт.

Он фыркнул:

— Не спасёт… Может, и не спасёт. А может, спасёт. Мы достаточно долго тут сидим. Пока не сдохли.

Я нахмурился. Выходит, они укрепили этот район и держались какое-то время. А значит, они не просто жертвы обстоятельств, а организованная группа.

— Ладно, — сказал я, делая шаг назад. — Мы не просим многого — просто пропустите нас, чтобы мы проверили разрыв.

— Хорошо, — он кивнул неохотно. — Но только я хочу, чтобы ты пошёл без своих бойцов. Точка.

Сзади я уловил, как Гвоздь выругался:

— Командир, да они тебя там повяжут и пристрелят.

— Успокойся, — вслух отозвался я.

Ультиматум был очевиден: Марк не доверяет большой группе, боится, что мы свалимся на их головы всем «Отрядом». Но принять его условия — это значит рискнуть головой. Я перевёл взгляд на Марка: тот стоял, не моргая, и ждал ответа.

— Ладно, — сказал я твёрдо. — Один так один.

Сзади послышались возражения от моих, особенно Гвоздь и Кора нахмурились:

— Командир, — прошипела Кора, — это же самоубийство.

— Ничего, — я посмотрел ей прямо в глаза, — я всё сделаю как надо. Если что — вы знаете, что делать.

Она поняла, что спорить бесполезно. Я неспроста принимал такие решения: нас ничто не спасёт, если этот сектор погрузится в хаос. Нужно установить контакт с местными. И идти на риск.

Марк выглядел так, будто был доволен моей уверенностью. Он что-то сказал своим людям, и те начали в спешке расчищать проём в баррикаде, убирая железки и доски, чтобы я мог пройти.

— Но учти, — сказал я, указывая на завал, — если со мной что-то случится, «Отряд 7» сравняет ваш форт с землёй.

— Ну, — усмехнулся он, — это будет опрометчиво с их стороны. Но они могут быть уверены, что мы дадим достойный отпор.

Я лишь хмыкнул. Какой самоуверенный тип. Но мне нравились такие люди — прямолинейные, пусть и озлобленные. По крайней мере, они не прятались за спину кого-то ещё.

Мы двигались между коряво скреплёнными в кучу машинами, перевёрнутыми баками, бочками. Дыра оказалась узкая, едва ли проходила под мою ширину плеч. За мной проскользнули трое из людей Марка. Я заметил, что один из них держал наготове обрез, другой — какой-то кустарный пулемёт. Нервно на меня косились.

— Пригрози ещё раз и я буду стрелять, — буркнул один из них.

— Расслабься, — отозвался я. — Если я хотел вас убить, сделал бы это ещё у завала.

Он промолчал, но в глазах его читались опасение и уважение одновременно.

Мы протиснулись через проём в баррикаде, и я оказался внутри одного из самых странных фортификационных сооружений, что я видел в своей жизни. Форт, как я назвал его про себя, на самом деле был целым комплексом нескольких зданий, соединённых переходами и нагромождёнными коридорами из железа, досок и чего только ни было под рукой.