— Да, — мрачно кивнул тот, кто сопровождал нас. — А медикаменты почти все перевели на раненых и больных.

Мне хватило беглого взгляда, чтобы заметить: тут действительно много народа — не меньше пятидесяти человек, причём часть из них старики, дети, женщины с измученными лицами. Некоторые, скорее всего, ранены и едва стоят на ногах. Такая группа не могла долго передвигаться по городу, где полно опасностей. Отсюда понятно, почему они окопались и не верят никаким спасателям. Только почему так близко к разрыву?

— Что-то тихо сегодня, — услышал я чьи-то слова из толпы, — как бы не сглазить…

— Молчи, — шикнул другой голос, — а то вон новая беда уже пришла.

«Новая беда», подумал я с горькой ухмылкой. Да, их можно понять.

Мы прошли через тёмный, узкий коридор, где к стенам были прислонены чьи-то самодельные копья, дубины, топоры. Я отметил, что люди не просто случайно собрали оружие — они тренировались, имели какой-никакой план обороны. Чувствовалось, что они давно живут в режиме осады.

— Когда-то тут была импровизированная больница, — прокомментировал Марк, проводя меня мимо ряда дверей. — Потом, когда монстров стало больше, всё стало бесполезным. Без лекарств больные просто умирали. Те, кто выжил, пытались уйти с эвакуационным конвоем. С тех пор от них ни слуху ни духу. Может, дошли до границы города, а может, сдохли. Или стали монстрами, кто знает.

— И вы всё время тут сидите? — спросил я.

— Ага, — он криво усмехнулся. — Может, и глупо, но нам привычней. Нас много, мы друг за друга держимся. Выйти всем скопом — самоубийство. Ходили слухи, что Империя где-то открыла коридоры, но это всё ложь. В итоге люди, кто ринулся туда, пропадали без вести. Или почти все.

— Вот поэтому я и говорю, что надо убирать отсюда людей, — сказал я. — Дальше будет хуже, с разрывами шутки плохи.

— Твои слова ничего не изменят, — холодно ответил Марк. — Мы видели таких, как ты. Пришли, постреляли в монстров, ушли. Нам что, самим в лес бежать? Или идти к Темновке, которая под контролем Меченого? Никакой разницы. Либо нас там порежут, либо заразят, либо передавят имперцы.

Я шумно выдохнул, понимая всю трагедию ситуации. Они загнаны в угол.

— Посмотрим, — ответил я мрачно. — Возможно, когда мы решим проблему разрыва, шансы на спасение возрастут.

— Сомневаюсь, — пробормотал он, хотя в голосе слышалось нечто вроде смутной надежды.

Вскоре мы вышли на другую сторону двора, где находилась ещё одна баррикада, ведущая к наружным улицам. Судя по схеме, которую я заметил на стене, наш броневик остался бы справа, если смотреть снаружи. Похоже, форт охватывал несколько зданий и часть улицы буквой «Г», а в центре получался внутренний двор. Я оценил это как довольно крепкую оборонительную точку — не идеальную, но всё лучше, чем ничего.