Мы с Герасимом одновременно вскочили и бросились в коридор.
Глава 4
А в коридоре коммунальный Армагеддон достиг своего апогея. Если вы видели картину «Последний день Помпеи», то примерно можете себе представить весь масштаб бедствия: Григорий выбрасывал из комнаты то раскрытый чемодан, то какие-то шмотки, то коробку Орфея. А тот бегал по проходу и, тоненько причитая, пытался собрать разбросанные вещи. На полу уже образовалась внушительная куча.
— Товарищи! Что здесь происходит? — я понял, что пора вмешаться в ситуацию, пока всё окончательно не вышло из-под контроля.
— Да вот сосед мой съезжает, — язвительно хохотнул Григорий и метко зашвырнул пальто Жасминова в общую свалку.
За спиной ахнула, кажется, Белла.
— Гришенька, успокойся! — запричитала Лиля, пытаясь вразумить мужа.
Муж вразумляться не желал. Он желал метать чужое барахло из своей комнаты.
Тогда она подняла прекрасные глаза печального оленёнка на меня и попросила:
— Муля, ну скажите ему!
Отказать девушке в беде было некрасиво, тем более такой, тем более с такими удивительными глазами, и я сказал ему:
— Григорий, прекращай дурить!
— Он тут жить не будет! — раненым бизоном взревел Григорий. — Если хочешь — забирай его к себе!
— Ордер выдан на твоё жильё, — процедил я и, видя, как набычился фрезеровщик, попытался достучаться до его крошечного мозга. — Григорий! Ты, конечно, можешь его сейчас выгнать. Он вернётся в комиссию по жилью и ему дадут другую комнату, в другом доме…
— Вот пусть и дадут! — мстительно рыкнул Григорий. — Пусть где хотят, там и дают! А здесь он жить не будет! Я так сказал!
— Тогда к вам пришлют другого человека, — терпеливо продолжил я. — Посмотри на товарища Жасминова. Он культурный, аккуратный, вежливый. Будет хорошим соседом. А представь, ты его сейчас выгонишь, а натомись придёт какой-то забулдыга? И будет все ночи подряд водяру квасить. Или девушка с младенцем. Он будет всю ночь кричать. А она будет бегать туда-сюда на кухню, то бутылочку с молоком подогреть, то за пелёнками… ночью… мимо вашего дивана…
Лиля горестно всхлипнула: мои примеры ей не понравились.
— А он весь день работает, — продолжил я, и обратился за уточнением к бледному Жасминову: — Работаете же, товарищ Жасминов?
— Д-да, конечно! — с готовностью закивал тот. — Я работаю. Пою. Тенор я. В театре пою.
— Ах! — всплеснула руками Лиля, и её лучистые оленьи глаза засияли от восторга. — А в каком театре, скажите, пожалуйста, товарищ Жасминов? Я ведь тоже в театре пою…
— Да? А что же вы поёте? — живо заинтересовался Жасминов и даже собирать исподнее на полу забыл.