Егор что-то ответил, но тут очертания ресторана задрожали, а джаз-трио под можжевеловой аркой вдруг стало расплываться…

Очнулся я уже здесь, на кухне.

Я вынырнул из воспоминания.

Вот это флешбэк!

Я зажмурился и помотал головой. Затем открыл глаза — замызганная кухня никуда не пропала.

Какая-то дичь!

Я точно знал, я вспомнил, что я — известный коуч, психолог, бизнес-тренер, что у меня десятки и сотни тысяч высокостатусных клиентов и последователей в нашей стране и в остальном мире. Я один из богатейших и влиятельнейших экспертов по личностному росту и развитию бизнес-стратегий.

Тогда что я делаю тут, в этой тошнотворной шараге? А⁈ Почему я сейчас не на своей яхте или не в офисе?

И тут вдруг меня словно током ударило — да я же попаданец!

Да, да, всё просто: там я умер, а здесь очнулся. И сейчас я — житель вот этой коммунальной квартиры с забитым прокисшим супом умывальником.

В моём времени о попаданцах не знала, пожалуй, только Агафья Лыкова, да и то не факт. Поэтому я даже особо и не удивился. Правда, на всякий случай ущипнул себя за руку — и сразу почувствовал боль. Значит, точно я живой и ещё, значит, я — попаданец.

К моему удивлению никакого дискомфорта от этого я не почувствовал. Мне совершенно не хотелось рыдать, истерить, побивать себя пяткой в грудь и вопрошать «пошто⁈». Вместо этого я ощутил какой-то небывалый подъем и даже неожиданный прилив энтузиазма.

Вызов?

Сто процентов! А вызовы я всегда любил.

В последнее время моя жизнь превратилась в рутину. В хорошо накатанную, очень комфортную, но рутину. Да, Егор абсолютно прав: для отдыха в моём графике не было места лет на пять вперёд, да и, кроме адской изматывающей работы, ничего не было. Вот, очевидно, организм и не выдержал. Недаром говорят, возраст между сорока годами и пятьюдесятью для мужчин — самый рискованный.

И вот сейчас я сидел на табуретке в провонявшейся убогой коммунальной кухне и думал — интересно, за сколько времени я смогу достичь здесь, в этом новом для меня мире, хотя бы того самого уровня жизни, который был у меня до попадания сюда?

А что, это будет даже интересно!

Но додумать мысль мне не дали. На кухню опять вернулась та самая вредная баба.

— Кто будет умывальник пробивать? — возмутилась она.

— Вот вы сами и будете, — спокойно ответил я, сдерживая усмешку.

— Твой носок, тебе и чистить! — упрямо заявила баба, и на лице у неё пошли красные пятна.

— А кто суп прокисший туда лил? — насмешливо огрызнулся я.

— Если бы там не было носка, суп бы не помешал, — вопреки логике заявила баба.

Я аж опешил от такой наглости и тупости. Но нет, так дело не пойдёт.