— Мои боги не оценят.

— Боги этого мира отдали всех, кто был в этом городе, в мою власть, — фыркнул он, подтверждая теорию о том, что рогатые могут куда-то влезть, лишь при попустительстве небожителей. Как небесным владыкам было положить на снежных эльфов, отринувших их, так они не почешутся из-за работорговцев, не поклоняющихся богам и предпочитающих своих уродских предков. Овцы, сбежавшие от пастухов, должны сами заботиться о своей безопасности и, попав в зубы волков, становиться примерами для остальной отары. Рогатый меж тем продолжил: — Вы не исключения. Они покинули вас, оставив умирать, а я могу принять достойных и возвысить. Не рабов, воинов и магов. Вы обретёте прежде неведомую вам силу и вечную жизнь, как это сделали те, кто призвал нас сюда.

— Заплатив за это всеми своими слугами и воинами, — констатировал я очевидное.

— Такова плата за бессмертие и могущество для смертных, — сообщили мне. — Нужно отдать всё и всех.

— А ещё получить рога с копытами и странными мордами, — сделал я попытку похохмить, продолжая скрытую подготовку и наводку на цель. Вряд ли у меня будет много времени на «прожарку» монстра.

— Не ждал от тебя столь наивной глупости, смертный, — проговорил демон, пока его облик и голос менялись. Крылья обрели белоснежные перья, лицо стало эталоном мужественной красоты, голос зазвенел подобно звонкому церковному колоколу, лишь матовый доспех и пылающий меч остались неизменными.

— О Локи, надеюсь, ты в таком виде наивных девок в нашем мире хоть не соблазнял? — фыркнул я, почти закончив.

— Меня утомило твоё упрямство, — пророкотал демон, вернувшись к прежнему виду. — Выбирай: возвышение или страшная гибель. Ты же не думал, что попытки тянуть время или спрятаться в иллюзии от меня спасут?

— Да нет, я думал о том, кто из нас на правильной стороне линзы, — отозвался я, предчувствуя, что просто не будет, и добавил: — Ши-ив!

Время замерло. Из-за моей спины ударил концентрированный луч света, наполненный благодатью и оформленный через руны, взывающие к Асгарду. Демон улыбался, но ухмылка резко сползла с его лица, когда оно начало дымиться. Он поднял когтистую лапу, закрываясь ею, будто замедление на него не подействовало. Я же вдруг ощутил, как от блина подо мной пахнуло жаром, а вся моя энергосистема оказалась в огне. Я звал асгардцев посмотреть через линзу на то, что попало в её фокус, асы и ваны, похоже, действительно стали смотреть. Только вот моё тело смертного едва выдерживало их внимание к моему заклинанию. Однако демону резко стало хуже! Кожа, прежде едва дымившаяся, вспыхнула. Он сотворил или призвал откуда-то в лапу башенный щит и стал быстрыми скачками удаляться в город. Однако горящие крылья сходу поубавили ему прыти и едва не заставили упасть. Он с трудом удержался, однако продолжил свой забег, пусть и полыхая, но явно ещё не умирая. Демоны — чертовски живучие твари. Я же держал заклинание, сцепив зубы и не желая уступать своему телу, которое подводило меня. Если не урыть эту скотину здесь и сейчас, она обязательно отомстит. А потому надо продержаться. Не дать рогатому убежать, уничтожить и здания, и меньших демонов, которых он на ходу кидает между собой и солнечными лучами, уже заставившими его нечестивые щит и доспехи течь жидкими каплями металла, а плоть обуглиться до костей. Нужно всего лишь продержаться… Ещё немного… Пока я вижу его даже сквозь стены странным внутренним взором… Пока осязаю, как он тянет энергию и саму жизнь из тех, кого недавно возвысил, пытаясь продлить своё собственное существование… Пока чувствую весёлый охотничий азарт богов, гоняющих лупой это наглое насекомое…