Глава 3
— Зря ты там с Ли Беем, — проговорил старик, когда мы закончили общаться с «журавлём», утрясли время поединка и он заявил, что не собирается жить в одном клоповнике с полуживотными.
Уж очень хотелось засранцу за собой оставить последнее слово, учитывая, как он попал. Послать меня с моей апелляцией к закону? Ну стража-то городская могла бы за своего вписаться с благородными семействами города вместе и сказать, что он в своём праве, а мне надо утереться, и, вообще, я всё не так понял. Только вот стражи в таверне не было, а толпа северян при оружии наличествовала, и народ, мы, как известно, буйный, за попытку съехать можем и на месте прибить. Потом, конечно, тоже огребём проблем, но это потом будет. Теперь же слово было сказано, причём при местных прихлебателях пернатого засранца, которые тоже благородного звания. Тут уже ему заднюю не дать — это потеря лица. За такое сяньцы своего съедят без соли и перца, согласился на поединок — иди и дерись, иного не дано. Хотя поведение этого перца мне, конечно, было не до конца понятно. Не мог же он всерьёз предполагать, что мы на местном языке не бельмеса? Вряд ли. А раз так, то сам провоцировал поединок. Только зачем после этого чёрте-те что из себя изображать? Усыпить бдительность? Или ему просто в лицо ни разу не говорили, кто он по жизни? Ну, вообще, в теории аристократу могли и не говорить ничего обиднее «Сударь, вы подлец!» на местный манер с парочкой метафор и упоминанием Неба. Тоже, конечно, звучит сомнительно, но у сяньцев странностей навалом, мог ещё на одну нарваться.
Однако, раз уж первыми словами дедугана были не благодарности по поводу того, что за него вступились, стоит поинтересоваться:
— Почему?
— Он убьёт тебя или, что вернее, покалечит, — просто ответил Хо Ши, а потом поднял руку, прерывая меня. — Позволь я объясню.
— Да уж будь любезен, уважаемый, — фыркнул я. — По нему, конечно, видно, что он молодой мастер и не самый слабый боец, но всё же чего-то необоримого я в нём не углядел.
— Это одна из основных проблем. По нему не заметно его силы, его умений и его духовных артефактов, — посетовал седобородый. — Я тоже когда-то совершил схожую ошибку. Был капитан императорской армии, а стал отставник, потому что он закрыл мою Ци.
— Так вот как вы познакомились, — ответил я на это. Перспектива лишиться возможности использовать энергию духа меня напрягала неслабо, но уж точно не до паники. Точно не после встречи с демонами и не после того, как я видел свою невесту подготовленной к жертвоприношению. — Тогда он вдвойне урод. Оскорблять проигравшего тебе старца не достойно для мужчины.