— Альвбранд! Приказ был не отходить ни на шаг, так что сиди, пока я не доем. Успеешь ещё на всё насмотреться.
— Да, учитель, — отозвался ученик, который, кажется, снова хотел скрыться из поля зрения, пользуясь своими способностями. Дали же боги подопечного! Я таким не был… Ну, по крайней мере, таким безрассудным точно.
Глава 15
Я сидел на связке дров и с аппетитом уплетал жаркое из носорога, оказавшееся слегка жестковатым, на удивление вкусным и приятно источающим магию, будто природная сила зверя смешалась в нём со спокойным пламенем костра. Охотились мы на него из-за шкуры-панциря, что напоминал тяжёлую броню и должен был стать частью новых щитов хускарлов. Уж больно хорошо эта штука защищала от магии, что важно в магических схватках, когда вирдмана прикрывает закреплённый за ним воин. Не миновал наш интерес и внутренних органов, наверняка полезных алхимикам в целом и Бруни в частности, что тут же подтвердила проверка на «маркеры». Но в первую очередь мы пошли на охоту в силу того, что бронированная скотина имела отвратительный характер. Шутка про то, что у носорогов плохое зрение, но это обычно не их проблемы, появилась не на пустом месте, только вот в ней ничего не говорится о том, что эти твари привыкли быть неуязвимыми, а потому могут под настроение решить растоптать всех встречных-поперечных. Разок нашему отряду пришлось позорно бежать от четвероногого мудака, которого ничего толком не берёт, неся на себе раненых, пока самые ловкие и смелые ребята отвлекают зверя. Но у нас было то, чего носорогу в этой жизни явно не хватило, а именно мозги. Животина, встретив букашек, что в прошлый раз сделали ей больно, пока она с ними играла, ринулась в атаку, едва встретив нас. И на полном ходу ухнула в ловчую яму, да так что аж земля под ногами слегка содрогнулась. Убить её это не убило, но обескуражило, а мы не стали тратить время на пробивание шкуры, просто залив ловушку водой с помощью магии. Почти неуязвимый зверь элементарно задохнулся, что было предельно иронично. На всякую хитрую гайку найдётся болт с крутой резьбой.
Но как бы то ни было, мы не привыкли разбрасываться мясом, так что сейчас имели роскошную трапезу под медовуху. Я же, слушая разговоры хирдманов, не без удовлетворения вспоминал последние недели. Первую ночь на страж-древах мы пережили не то чтобы легко, но по крайней мере без невозвратных потерь. Всё таки подготовленная позиция творит чудеса. Мы знали откуда идут местные обитатели благодаря чарам обнаружения и быстро приноровились предполагать, когда какая-нибудь животина попробует прыгнуть за одной из лап грифона, подвешенной на верёвке к веткам периферийных дубов. А потом и на земле закономерно появились «приманки», истыканные арбалетными болтами и подпаленные магией. Не все хищники оазиса тепла конечно погибали мгновенно, некоторые успевали отбежать в сторону, но для них это мало что меняло. Конкуренты, ночью пришедшие на запах крови, что тянул их как магнит, добивали ослабленных подранков, жрали их и шли за новой добычей, порой вступая в схватки между собой. Со слов Сила, а точнее его деревьев, выходило, что охотничьих угодий тут куда меньше, чем желающих ими владеть, а потому существуют как официальные территориальные хищники, так и не очень. Большую часть времени такие прячутся в тёплом лесу, пользуясь невидимостью и охотятся на оленей с полупрозрачными рогами, что кочуют вокруг оазиса и являются своего рода продуктом низшей ценовой категории. Но они по понятным причинам не прочь заиметь землю, которую смогут считать своей. Днём грифоны пали, все вокруг почувствовали это и ночью к нам ломанулся поток претендентов, решивших рискнуть, сразившись с вероятно раненым и ослабленным победителем, а так же другими молодыми да ранними желающими отхватить свой кусок счастья. Так что во тьме под нашими ногами творилось настоящее кровавое безумие, которое мы в прошлый раз пропустили, заходя на территорию оазиса лишь днём.