Шуруп серьезно кивнул. Он за этот год вырос не только в росте, но и в мозгах. Из забитого пэтушника он превратился в технического директора моей маленькой империи.

— Кабан где? — спросил я, возвращая перфокарту.

— В спортзале. Опять Михана на лопатки кладет. Говорит, что после той заварухи в ангаре у него «энергия через край прет».

Я усмехнулся. Моя Гвардия была в отличной форме. Но я чувствовал — покой нам только снится.

В дверь постучали. Коротко, властно. Так не стучат студенты или инструкторы. Так стучит Система.

На пороге возник капитан Кротов. Старший следователь ОБХСС, мой «честный враг», ставший невольным союзником. Он выглядел еще более помятым, чем обычно. Костюм в мелкую полоску, несвежая рубашка, а в глазах — такая глухая тоска, что мне захотелось немедленно налить ему водки.

— Не спится, Валентин Петрович? — я указал на кресло. — Присаживайтесь. Чай, кофе? Или сразу к делу? Простите, алкоголь не держим — вредно это для печени и для языка.

Кротов грузно опустился в кресло, бросил на стол свою потертую папку.

— Кофе, если есть, то настоящий. Устал я, Мордов. Твои «алмазные» дела мне всю кровь выпили.

Я крикнул Штопору, чтобы организовал кофе. Пацан мигом метнулся к плитке.

— Что на этот раз? — я откинулся на спинку стула, внимательно изучая лицо следователя. — Вроде бы в Жуковке пыль улеглась, фигуранты сидят.

— Улеглась, да не вся, — Кротов достал пачку «Явы», вопросительно посмотрел на меня. Я кивнул. — Знаешь, Гена… Мы тут начали трясти архивы Журавлёва. Те, что ты так любезно помог «обнаружить». И вылезла одна очень некрасивая ниточка.

Он выпустил струю дыма, щурясь.

— Проект «Кристалл». Слышал о таком?

Я напряг память. В 2026-м это название всплывало в мемуарах старых чекистов.

— Что-то связанное с первыми ЭВМ для нужд Госплана?

— Хуже, — Кротов подался вперед. — Это проект по созданию единой сети обмена данными между министерствами. То, о чем сейчас Шелепин на каждом углу трубит. Но вот в чем фокус: под этот проект выделялись сумасшедшие суммы в валюте. На закупку комплектующих на Западе. Через подставные фирмы в Финляндии.

Я прищурился. Запахло крупной рыбой.

— И?

— И выяснилось, что половина этой валюты уходила не на транзисторы, а на счета в Австрии. А вместо новейших процессоров нам гнали списанный хлам. Но самое интересное — курировал эту схему не только Журавлёв. Там подписи людей из Пятого управления КГБ. Тех самых, что сейчас под Нечаевым ходят.

У меня внутри словно ледяной иглой кольнуло. Пятое управление. Нечаев. Тот самый «волкодав», который угрожал Светочке.