только от его близости. Я до безумия хотела узнать, что значит быть во власти этого мужчины… Хотела. Сама. — Ты этого хочешь? — прошептал он прямо в губы, пока его пальцы продолжали эту чувствительную пытку. — Этого, Мэйлин? — Да… Да… — я повисла на его плече, кусая и царапая его разгоряченную кожу. Он знал куда прикоснуться, чтобы мое тело спешило к нему навстречу. Я оказалась в руках искусного мастера, который отлично знал женское тело… Мокрая холодная одежда уже не сковывала движения, ни его, ни мои и была раскидана по полу… Осталась только страсть… Горячая и обжигающая. Его запах лишил меня рассудка и… проклятье… Кто бы что не говорил об этой стороне жизни, но все решают касания и запахи. Именно они опьяняют получше любого алкоголя, именно прикосновения горячих рук и губ к обнаженной коже вызывают внутри сумасшедший взрыв эмоций. Нежных, жадных… Мне казалось, что Лайон изучает меня и одновременно с этим сводит с ума своими откровенными ласками. Я чувствовала его возбуждение и это распаляло меня ещё сильнее… И не пугало. Я верила ему. Знала, что он не обидит… — Стол? Кровать? — прохрипел Лайон, прикусив меня за мочку уха. — Я постараюсь быть нежным везде… — Ты… — это все, что я смогла ответить, ощущая дикое желание чувствовать его. Он выбрал стол. И с этого дня я определенно полюбила этот предмет интерьера… Я касалась его обнаженной кожи руками, врезалась в нее ногтями… Скользила по мощной фигуре, с жадностью изучая каждый участок мужского тела. Кусала эти губы с привкусом кофе и табака… И желала одного. Стать его. Принадлежать ему не на одну ночь. Даже резкая боль, пронзившая тело, когда он оказался внутри и разрушил тонкую преграду, не погасила внутри этот огонь. Лайон не торопился, стараясь заглушить ее… Заставлял меня забыть о ней. Его прикосновения были настоящей пыткой… Мучительными, желанными, уверенными и настойчивыми… — Ты нуждаешься во мне, Мэйлин? — спросил он, увеличивая темп. — Да… Да… — закрыв глаза, я наслаждалась каждым движением. Удовольствие обострялось с каждой секундой и стало почти агонией… Он дразнил меня, заставлял умолять его, просить о том, чего я не знала сама… — Моя, — хрипло шептал он, скользя губами по моей ноге, лежавшей на его плече. — Моя… И я не смогла сдержать крика от внезапно нахлынувшего на меня удовольствия. Утонула в нем… Погрузилась с головой, слыша лишь бешеный стук своего сердца. Раздался хриплый стон, больше похожий на рев льва. Моего льва. Личного и до жути вредного. Лайон опустился на меня, и его губы заскользили