я не спутала. — Лайон — самый честный и отважный мужчина. Его имя говорит за него. Лев. Благородный, чудесный, заботливый и веселый, — перечисляла Элли, подливая себе и мне чай. — Вот какой мой друг. Я сделала глоток чая, поглядывая на светящееся гордостью лицо старушки. Вот это дружба… Из дьявола сотворить ангела. Чего она так его выгораживает? — А вы давно знакомы? — Да уже давно. Лайон впервые приехал сюда больше шести лет назад, выискивая своего преступника. И заодно спас мою старую душу от происков колдуна. Вот с тех пор и дружим. — Ясно. Значит, Элли знала его ещё до того, как он женился. Может поэтому она считает его таким хорошим? Просто помнит его другим? — Ты уж его не обижай мне, — с серьезным видом добавила Элли. — А то знаю я вас… Таких напарниц. Голову запудришь ему — и упорхнешь в свою столицу. Я едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Вот это высшая степень дружеской преданности! Обидеть кого? Лайона? Да он сам всех постоянно обижает и оскорбляет! Я на миг представила картину, как «вскружила» голову этому типу и упорхнула в столицу, а он сидит и плачет на плече у Элли… Кресло — качалка, горящий камин и громкие рыдания Лайона, заглушающие успокаивающий шепот старушки. Эта картина показалась мне такой смешной, что я, не выдержав, все же рассмеялась. — Не переживайте. Не вскружу, — поймав на себе гневный взгляд своей собеседницы, я встала из-за стола и направилась в свою комнату. Но Элли, судя по всему, все же решила добить меня окончательно… Потому, что через десять минут, когда я уже застегивала последние пуговицы на вороте рубашки, она заглянула в комнату. — А ты вскружи, — раздалось у меня за спиной. — Пусть в столицу за тобой едет. Нечего ему здесь пропадать. Я тоже не вечная. Вот помру — и останется он один. Элли смотрела на меня, сощурив глаза… Выжидающе… Словно ждала моего ответа. — Спасибо, но я не хочу, — застегнув широкий пояс на длинной бордовой юбке, я поспешила к двери. — Вскружи! — поджав губы, повторила старушка, перегородив мне дорогу. — Неужели он совсем тебе не нравится? — Нет, — солгала я. — Врешь ты, милая. По глазам вижу, что врешь… — Ну, ладно, чуть-чуть нравится, — я все же решила признаться ей в этом, чтобы побыстрее убраться отсюда. — Уже лучше… — протянула довольно Элли и морщинистое лицо озарила улыбка. — Мне пора на работу, — я проскользнула мимо старушки и поспешила к выходу. — До вечера, Мэйлин! Выскочив за дверь, я стремительно направилась на Проун-стрит. Ну, уж нет… Никакого сводничества я точно не потерплю.