не на надежде, что кто-то заденет нить, а на слоях: внешний круг из едва заметных маркеров для них самих, чтобы не заблудиться; второй — сигнальные нити на высоте не только человеческих ног, но и ниже, для шестилапых тварей; третий — световые вспышки, направленные наружу; у камней — чистая зона без листвы и хлама, чтобы видеть, если кто-то подползает.Марина, конечно, понимала, что для Арана это всё равно будет смешно.Но уже не так позорно.Плод они тестировали после полудня.Сначала Талия провела скан. Потом Марина настояла, что пробу на коже сделает она. Рейн сказал «нет». Марина сказала «да». Лисандр предложил бросить жребий. Талия посоветовала ему заткнуться. Шурка выдал три вероятностных модели, за что был мысленно назван занудой в шестой степени.В итоге Марина коснулась срезом плода внутренней стороны запястья.Ждали.Пять минут.Десять.Ничего.Потом крошечная капля на губу.Ждали.Ничего.Потом микроскопический кусочек на язык.Вкус оказался неожиданным.Кисло-сладкий, терпкий, свежий. Что-то между зелёным яблоком, крыжовником и хвойным мёдом, если бы такой существовал. У Марины даже глаза закрылись.— Ох ты ж…— Плохо? — Рейн сразу напрягся.— Хорошо.— Что?— Вкусно, говорю. После вашего рациона это как праздник сельской ярмарки.Талия смотрела с надеждой.— Реакция?Шурка ответил:— Негативной реакции пока нет. Ферменты слюны взаимодействуют стабильно. Рекомендую ожидание двадцать минут перед дальнейшим приёмом.— Шурка говорит, не жрать как голодные дикари.— Он так сказал? — уточнил Лисандр.— Я художественно перевела.Через полчаса стало ясно: плод съедобен в малых количествах. Возможно, не всем и не всегда, но сейчас — да. Они разделили один на четверых. Крошечные куски, почти символически. И всё равно это был лучший обед с момента падения.Талия ела свой кусочек медленно, почти с благоговением.— Я никогда не ела ничего, выросшего не в биокуполе или синтезаторе.Марина посмотрела на неё с удивлением.— Никогда?— На станции натуральная пища — роскошь верхних домов. А нижние получают переработанные рационы, белковые смеси, иногда купольную зелень.— Бедные вы люди, — искренне сказала Марина.Лисандр усмехнулся.— Вы жалеете нас из-за фруктов?— Из-за того, что вы забыли, что еда должна пахнуть жизнью. Это страшнее, чем кажется.Рейн смотрел на свой кусочек плода.— На старых станциях считали, что зависимость от натуральных циклов — слабость.Марина фыркнула.— А зависимость от протоколов, наследственных ключей и древних железок, которые никто не понимает, — сила?Никто не ответил.Потому