делают они.Она посмотрела.И правда.Эйранцы уже сами продолжали работу: приносили травы, воду, повязки, переносили раненых в тёплые древесные помещения. Талия объясняла что-то Нара на смеси жестов и отдельных слов. Лисандр разговаривал с пожилой женщиной — точнее, пытался, и выглядел при этом почти счастливым, потому что наконец добрался до дипломатии.Аран стоял у края площади, весь в крови кхара, и смотрел на мёртвых.Не на живых.На мёртвых.И вот здесь Марина впервые увидела его не как сильного воина, не как опасного проводника, не как красивого мужчину из чужого леса.Как человека, который несёт ответственность.Такую же тяжёлую, как Рейн.Только иначе.На плечах Арана был не мундир, не звание, не служба станции. На нём был Эйран. Его люди. Его лес. Его мёртвые.Пожилая женщина подошла к нему.Коснулась его плеча.Он не шелохнулся.Потом её взгляд перешёл к Марине.— Саэр, — сказала она.Уже не как вопрос.И площадь услышала.Марина почувствовала, как на неё снова оборачиваются.Люди Эйрана.Раненые.Дети.Охотники.Старики.Даже высокий седой мужчина.И в этих взглядах было слишком много.Слишком.Благодарность.Страх.Надежда.Подозрение.И ожидание.Опять ожидание.Марина закрыла глаза на секунду.Нет.Нет, только не снова.Она не мессия.Не саэр.Не наследница пророчества.Она продавщица из сельского магазина, которую брат учил не умирать в лесу, и которая сейчас просто пытается удержать всех живыми на этой проклятой красивой планете.Шурка тихо сказал:— Фактическая социальная роль меняется.— Я не хочу.— Знаю.— Это не ответ.— Другого нет.Пожилая женщина подошла ближе.Она сняла с шеи металлическое кольцо — тёмное, старое, с маленьким белым камнем — и протянула Марине.Толпа ахнула.Аран резко повернулся.Нара тоже.— Что это? — прошептала Марина.Шурка анализировал по виду.— Символ статуса. Возможно, знак доступа или доверия.Пожилая женщина сказала:— Саэр. Эйран. Ша-рен.Марина поняла без перевода.Она предлагает ей связь.Договор.Доверие Эйрана.И это был не подарок.Это была ответственность.Тяжёлая, как камень.Марина посмотрела на Рейна.Он стоял рядом.Бледный, раненый, уставший. Но в глазах — ни приказа, ни запрета.Только вопрос: вы выдержите?Она посмотрела на Арана.Тот смотрел иначе: если возьмёшь — пути назад не будет.Лисандр смотрел с откровенным политическим ужасом и восторгом одновременно.Талия тихо прошептала:— Марина…Она медленно подняла руки.Не сразу взяла.Сначала коснулась груди.— Марина.Потом показала на своих — Рейна, Талию, Лисандра.— Ша-рен.Потом на Эйран.— Ша-рен.Потом на кольцо.И