Больно?— Нет. В этом и проблема.Он понял.Очень хорошо понял.Пальцы на секунду сжались вокруг её ладони.— Я могу остановиться.— Можете.— Хотите?Марина посмотрела на его рот.Вот дура.Вот взрослая, умная, пережившая магазин, леса, станцию, кхаров, политиков, искусственный интеллект в голове и падение с орбиты — а сейчас смотрит на губы мужчины и думает, что стратегия, конечно, важна, но некоторые стратегии можно пересмотреть у ближайшей стены.— Нет, — сказала она честно.Рейн резко выдохнул.И в этот момент на мосту за их спиной кто-то деликатно кашлянул.Марина закрыла глаза.— Лисандр?— К сожалению, я.Она повернулась.Лисандр стоял у входа на площадку с выражением человека, который ничего не видел, но всё понял, записал, оценил политические последствия и, возможно, уже подготовил три варианта шантажа. На щеке у него была свежая царапина, одежда после ночи выглядела хуже, но сам он всё равно умудрялся держаться так, будто утро, дипломатия и чужие поцелуи — часть официального расписания.— Если вы пришли сказать что-то умное, — сказала Марина, — подумайте дважды. Я сегодня с чашей.Лисандр посмотрел на чашу.— Угроза водным оружием принята.— Отлично. Говорите.— Ильма созывает круг. Аран просил передать, что перед походом в Саат вам нужно увидеть нижние хранилища. И Талия уже там, судя по звукам, либо совершает научное открытие, либо ломает чужую святыню.— Учитывая Талию, возможны оба варианта.Рейн отпустил её руку, но не сразу.И Марина заметила это.Лисандр тоже.Вот гад.Они пошли втроём — Рейн рядом, Лисандр чуть впереди, Марина между ними и собственным раздражением.Эйран после ночного нападения был одновременно раненым и живым. На верхних мостах заменяли сломанные балки. Мужчины и женщины вместе тянули толстые лианы-тросы, пахнущие сырой корой. Подростки носили корзины с мхом, корой и камнями. У входов в дома сидели старики, перебирая связки трав для дымовых чаш. Дети под присмотром Нары собирали мелкие сухие веточки и учились складывать их не кучей, а решёткой — так, чтобы дым шёл ровнее и не давал большого огня.Марина остановилась.— Вот.Рейн тоже остановился.— Что?— Видите? Они учат детей не “потом, когда вырастешь”, а сейчас. Потому что жизнь не ждёт совершеннолетия.Лисандр посмотрел туда же.— У станционных детей нет таких обязанностей.— Поэтому станционные дети вырастают и думают, что вода появляется из стены по протоколу.— Справедливо, — неожиданно сказал Рейн.Марина повернулась к нему.— Вы сегодня опять слишком сговорчивы.— Я наблюдаю.— И?— Вы правы. Если станционные