место, где можно работать без прямого контроля внутреннего круга.Рейн резко посмотрел на неё.— Нет.— Да.— Талия.— Командор, если вы знаете другое место, где старые контуры не отслеживаются домовой сетью, я с радостью послушаю.— Это небезопасно.— У нас вообще сегодня мало безопасного.Марина подняла руку.— Для тех, кто недавно с другой планеты… то есть из другой части жизни… объясните, пожалуйста, без загадочных взглядов.Рейн заметил оговорку.Конечно заметил.Но Талия уже говорила:— Нижний архивный ярус. Старый сектор обслуживания. Его закрыли после аварии двадцать лет назад. Домовая сеть считает его пустым. На деле там остались рабочие терминалы Первой Экспедиции. Я иногда использовала их для обхода идиотских запретов совета.Марина посмотрела на неё с уважением.— Талия, вы становитесь всё прекраснее.— Это грязное, тёмное, полузатопленное место с крысами.— Крысы здесь тоже космические?— Хуже. Станционные.— Родственные совету?Талия всё-таки рассмеялась.Рейн не рассмеялся.— Там могут быть люди Кассандры.— Они не полезут в нижний архивный, — возразила Талия. — Слишком грязно для их обуви.Марина откинула одеяло.— Всё. Убедили. Идём.Рейн сделал шаг к ней.— Вы не идёте.Марина подняла на него взгляд.— Командор, давайте договоримся. Я понимаю вашу любовь к приказам. У вас форма, плечи, голос, всё располагает. Но я не ваша подчинённая.— Вы наследница дома Вейр.— Тем более не ваша подчинённая.— Вы пациент после нейронной перегрузки.— А вот это уже ближе. Но пациент может идти, если очень злой.— Злость не заменяет силы.— Зато отлично заменяет мотивацию.Они смотрели друг на друга.Талия переводила взгляд с одного на другую, и на лице у неё проступало выражение человека, который внезапно понял: следующие дни будут не только смертельно опасными, но и местами увлекательными.Рейн наконец сказал:— Если вы упадёте, я понесу вас обратно.— Только попробуйте сделать это торжественно.— Я постараюсь сделать это быстро.— Уже лучше.Через десять минут она снова была в чёрном защитном костюме.На этот раз Талия добавила к нему лёгкую куртку с капюшоном, мягкие ботинки на гибкой подошве и перчатки. Волосы Марина собрала сама, туго, сердито, почти больно, потому что длинные пепельные пряди раздражали. Красиво — да. Непрактично — ужасно. В лесу с такими волосами она бы через час собрала на голове половину репейника и одного клеща с амбициями.В зеркале на неё смотрела Элиана Вейр.Но уже не та, что в чужих воспоминаниях.Не девочка в белом платье.Не бледная наследница с опущенными глазами.Эта