Дмитрий сам подъехал к воротам и заговорил:

— Выдайте виновных в преступлении против родича моего, и я обещаю, никого более не трону и никто не пострадает, клянусь в том и целую крест.

Вместо отказа в этот раз за воротами начались перешептывания, а после и крики с дракой, которая продолжалась минут десять, были слышны удары клинков.

Спустя минут двадцать раздался крик из-за ворот:

— Отдадим Липского и дружков его, мы же не виновны в их преступлениях. — И калитка на воротах открылась.

В которую тут же устремились воины Жака, вместе с ним, а после и стрельцы с Петром.

Несколько минут оттуда раздавались крики, а после выглянул Жак и крикнул, что можно проходить, но никто не сдвинулся с места, так как начали открываться ворота.

Темнота, и было плохо видно, факелы же не давали хорошего освещения. Проехав на подворье вслед за царем, я обнаружил напряженную и угрюмую толпу, лиц было не видно, к сожалению.

Между нами и ими находились стрельцы и иностранные охранники, у которых бердыши и копья смотрели в сторону толпы.

— Огорчили вы меня, — медленно и негромко произнес Дмитрий, но его слова были прекрасно слышны. — Однако я дал вам свое слово и сдержу его, где преступники, что покусились на жизнь моего родича и оскорбили меня?

— Сейчас приведут, царь Дмитрий Иоаннович, — вперед вышел мужик лет сорока, и было видно, что он явно не боец, а, скорее, купец.

Как мне шепнули, это было не просто подворье, а фактория торговцев, что приезжали из Речи Посполитой на Москву торговать.

Царь ничего не ответил, лишь махнул рукой, спустя пару минут толпа ляхов расступилась, и перед нами появились семь помятых людей, которые несли плащ, на котором покаялся Липский.

— Только помер Анджей, мы лекаря к нему позвали, но не смог он его спасти, отдал богу душу, — произнес все тот же купец.

«А умер наверняка совсем недавно, когда царь явился, или решили его выдать», — промелькнуло у меня в голове.

— Этого тогда сами схороните, а этих в темницу, да поспрошайте о произошедшем, — распорядился Дмитрий, глядя на Петра, и, повернув коня, направил его обратно в кремль, а следом и мы за ним пристроились. Часть стрельцов во главе с Петром осталась на месте, конвоировать задержанных, да и пушки обратно в кремль вернуть надо было.

Вернувшись к царскому дворцу, Дмитрий приказал накрыть стол и нести меда и вина фряжского, царь же велел идти вслед за ним.

По пути куда-то пропал Мнишек, так что в царских палатах за столом с Дмитрием оказались я и Ян, Василий же прислуживал мне. Хотя было заметно, как он устал и хочет спать, как, в принципе, и я, но мы держались из последних сил.