* * *
— Мел-тян, на два слова, — я проводил глазами разошедшихся от храмовых ворот в разные стороны Синдзи и Галею. Ох, чувствую, подложил последней фразой мне Кэтсу изрядную свинью: опять придурок-мечник будет дуться. Хотя по факту дед публично признал выбор внучки — что, как я понимаю, в патриархальной традиционной японской семье очень много значит. Одна надежда — Широхиме сама вправит парню мозги… — Скажи пожалуйста, ты… точно уверена в том, что делаешь? Я про клановые тренировки.
Алоглазая, прежде чем ответить, добыла из сумочки-ридикюля тёмные очки, надела и с явным облегчением вздохнула. А ведь солнце не такое уж и яркое и стоим мы в тени.
— Наставник пообещал мне, что я обрету максимальные возможности для состояния, когда у вампира не проявляются нечеловеческие черты, — наконец ответила мне она.
Я сдержался и не покачал головой: увеличенные клыки, совсем уже неестественная бледность и вот теперь непереносимость яркого света — это всё характерно для человека, конечно. Что дальше?
— Смотри сама, но на всякий случай помни: отсутствие многих способностей можно компенсировать оружием. И у нас вот-вот откроется лучшая возможность овладеть им в полной мере — раз уж Кэтсу пообещал найти инструкторов.
— Я… подумаю, — не очень уверенно пообещала мне подруга, по моему лицу прочла всё, что я не высказал ей в ответ на такое обещание, и поправилась уже куда более твёрдым тоном: — Правда, обдумаю всё серьёзно!
Она немного помялась и призналась:
— У нас в Доме положение во внутренней иерархии зависит от степени владения собственной Кровью. Раньше, до того, как я… Как ты меня спас… Потом ещё и позвал в свою команду, несмотря ни на что… Я считала, что не способна ни к чему, кроме самых простых фокусов. Но вновь придя к наставнику, вдруг поняла: могу больше! Могу — и хочу!
— Ну хорошо, — теперь мне выпала очередь вздыхать. — Очень надеюсь, ты знаешь, что делаешь. И согласен с тем, что карьера в клане — не последнее дело. Но помни: если что — ты всегда найдёшь у меня помощь и поддержку…
— Я знаю! — не дослушав, перебила меня пепельноволосая и… порывисто прижалась ко мне, звонко поцеловав в щёку. Или прижала меня к себя — потому что именно мои сандали сдвинулись по асфальту во время этого стихийного порыва. — И никогда не забуду!
“Дела-а…” — только и подумал я, глядя вслед девушке.
Н-да.
20.
Вот и кончились летние каникулы. Просвистели мимо, словно их и не было. Усевшись на своё место и глядя, как оживлённо переговариваются между собой одноклассники, кому повезло не заполучить при рождении сверхсилы, я всё никак не мог избавиться от когнитивного диссонанса. Словно два совершенно разных мира встретились по прихоти судьбы в одном помещении… Тьфу, для местных же это рядовое, даже бытовое событие! Только я, чужак из чужаков, пришлый в квадрате, вечно себе чего-то придумываю.