Даже не врала, как я понял, дура такая. Искренне не замечала в своём сыне стремительно развивающуюся одарённость, потому что “ну что в нём может быть особенного?” И действительно была в магазине — с продавщицей заболталась. Каких только людей на свете не бывает…
В итоге полиция тщательно запротоколировала наши показания, и офицеры убыли только с документами, копия из которых вскоре займёт своё место в медкарте и школьном личном деле мелкого. Да, теперь от Отряда он точно не отвертится…
34.
— Ками-сама, ну и убожество. Видывал я лет семь назад нечто похожее, но это…
— Тем не менее, вполне себе рабочее оружие, в какой-то мере совершенное. И опасное…
— Для того, у кого это “оружие” в руках! Из всех четырёх железяк что-то из себя представляет только плазмоган. Да и то: доверять свою жизнь устройству, которое даже не в нашем мире сделано…
— Зря ты так!
Пришлось приложить некоторое усилие и перестать прислушиваться к происходящему за спиной. Несмотря на такой диалог, два, как нам их представил Кэтсу, “эксперта-оружейника”, не выглядели людьми, просто ради забавы ломающими любую попавшую в руки штуковину. Или, во всяком случае, производили впечатление способных всё случайно сломанное починить. Ну не зря же их, несмотря на возраст, из японских Сил Самообороны до сих пор не турнули?
— Эк они у тебя, дружище, одинаково обмундированы, да без всяких финтифлюшечек, всё по делу, — говоривший — словно специально решив сыграть на контрасте — сам был облачён в сильно потёртую спецовку, богато пропитанную масляными пятнами. Что у него за звание — мне оставалось только догадываться, потому как подчинённые обращались к нему уважительно “тайчо”[10] , то есть “командир группы”. Да-да, точно так же, как мы к Ишимуре иногда, с лёгкой руки Синдзи — вот только здешнего начальника такое наименование не напрягало.
Собственно, тут, на полигоне Сил Самообороны Японии, я наконец допёр, почему нашего куратора так перекашивало всякий раз от военизированного обращения. Формально-то мужик действительно глава подразделения, командир Отряда Содействия школы-интерната “Хиро”. Но с точки зрения отставного служаки его теперешняя должность больше напоминает работу… Ну, скажем, нянькой. Хотя бы даже по части наказаний за провинности: максимум, как Ишимура может нам подгадить — заставить убирать свой класс после уроков. Всё остальное только через специальную комиссию: чуть что — жалуйся туда. То есть максимальное “западло” по меркам любой армии.
— Вольно, бойцы! — наконец насмотревшись на нас, махнул рукой здешний хозяин и опять повернулся к деду Широхиме: — ну ты монстр, даже про шагистику не забыл.