— Вредные привычки, юная леди? — японец меланхолично поднял бровь. — Позвольте узнать, какие?
— Да запросто! — в своих предположениях я оказался не прав: всё-таки Широхиме про страйкбол знала, и как бы не побольше меня. — Шарик рикошетит хоть от листа картона, за которым можно спрятаться. Рикошетит не как пуля, а как мячик — некоторые так называемые “про-игроки” выбивают сидящих за углом такими рикошетами на спор. Я уже не говорю, что настоящая пуля из бетона может выбить кучу опасных и для стрелка осколков!
— Рикошеты у нас не считаются за попадания, — попытался вставить Гунсоу — да куда там.
— Сама траектория выстрела — полная противоположность баллистике пули! Я уже не говорю про скорость: тренированный человек, заметив шарик, увернуться от него может. А такие вот как она — и вовсе в воздухе поймать!
Эти слова сопровождались тычком пальца в сторону алоглазой. Мел-тян, успевшая прийти в себя, слегка покраснела.
— В общем, дурная трата времени, — рубанула ладонью воздух староста. — Одного понять не могу: зачем дед послал нас сюда?
Последняя фраза с извиняющимися нотками предназначалась нам.
— Вижу, молодая леди действительно разбирается в том, что говорит, — Сержант не поленился уважительно поклониться прямо из-за стойки. — У страйкбола масса недостатков… Если, конечно, воспринимать его не подвижной военной игрой, а упражнением для будущих воинов. Хочу заметить, что и у других способов подготовки бойцов с небоевым оружием есть свои слабые места — нереалистичные приводы у пейнтбола, весьма условные ощущения выстрела в лазертаге… И прочее, прочее. Прежде, чем я смогу вам продемонстрировать, почему всё же аирсофт может использоваться для подготовки солдат, не соблаговолите ли назвать имя вашего многоуважаемого деда?
— Кэтсу, — сквозь зубы процедила жрица.
Злость злостью, но вдалбливаемая с детства вежливость тоже никуда не делась, и теперь отчаянно требовала извиниться перед сохранившим лицо и заметно более старым человеком за безобразный наезд. Наверное, только юношеский максимализм и наше присутствие не позволили Принцесске дать заднюю. Хорошо хоть мелкотня успела вся свалить из фойе прежде, чем голос старосты набрал обороты и обертона.
— Ха. Ха-ха! — совершенно неожиданно для всех скупо рассмеялся Сержант. Выражение лиц у нас, спорю, было то ещё, потому собеседник скупо пояснил: — Тайчо меня всегда называл “занозой в заднице” и мечтал, когда наконец-то сможет избавиться. А теперь, гляди-ка, прислал свою внучку… Ну и вас четверых. Ради такого случая я просто обязан наглядно продемонстрировать, почему юная леди ошибается!