Но холивар откладывается, потому что у рогоносицы звонит телефон.
Она отходит на несколько шагов.
– Да как ты смеешь со мной заговаривать? – шиплю я. – Я понимаю, что у тебя мозги при виде меня отключаются, но рядом со своей девушкой бессовестно пялиться на другую! Такой дерзкий?
Таир тяжело вздыхает:
– Алсу, вот скажи мне, чем я провинился перед вселенной, раз она столкнула меня с тобой?
– Тем, что ты развратник, изменщик и вообще противный тип. И сталкер.
Тоска в его глазах, сто пудов, из-за того, что я права, и Таир это понимает.
– Это слишком суровое наказание, – серьезно отвечает он.
– Кто кого наказывает? – Это к нам вернулась рогатая.
– Да вот, Алсу, считает, что я закоренелый грешник…
– Да? Мне кажется, вы преувеличиваете, – посмеивается она. – Таир у нас великого терпения человек…
О да! Как же…
Я прекрасно помню ощущение его рук на своей заднице в публичном месте.
Это все от терпения великого, конечно же!
– Может, вы просто плохо его знаете? – прищуриваюсь я. Нет, ну надо же быть такой клушей, чтобы не видеть, как твой мужик уже взглядом раздел другую и имеет ее в разных позах.
– Это вряд ли, – закатывается она смехом и протягивает мне руку: – Лейсан, сестра этого грешника.
Глава 11
Да ладно? Правда, сестра?
Не то чтобы это было невозможно: у меня как-никак у само́й два брата.
Смотрю с возмущением на Таира.
– И что тебе мешало представить нас друг другу сразу? – шиплю я.
– Ты мне слова вставить не дала.
Угу. Оправдывается он неправдоподобно, и в глазах подозрительный блеск, будто он сдерживает смех.
– Алсу, – пожимаю я руку Лейсан, беззастенчиво ее разглядывая.
Стиль у нее есть, но она совсем не похожа на ту, которая купит брелок со стразиками. В противовес моим звенящим браслетам, цепочкам и сверкающим серьгам-каплям, украшения Лейсан очень сдержаны.
Бедненько как-то.
Никогда не понимала минимализма. Если мне что-то нравится, то этого должно быть много. Я же не бледная моль какая-то!
– Еще вопросы есть? – спрашивает Таир с каменным лицом.
Нет, про брелок спрашивать не буду. Это палево. Как будто мне есть дело до того, кто его подарил.
– Есть, – фыркаю я. – Вы лифт вызвали или просто так стоите?
– Ой! – спохватывается Лейсан и жмет на кнопку.
А если бы я не спросила, так бы и ждали неизвестно чего. Всегда знала, что я самая сообразительная и внимательная. Я все секу на лету. Лучший шпион.
Прищуриваюсь на Таира, транслируя ему мысль, что сейчас ему удалось выкрутиться, но я все равно ему не верю. Этот бугай только закатывает глаза.
На этот раз лифт подходит быстро. Мы заходим в просторную кабину, и я тут же прилипаю к зеркалу. Ну хороша, чертовка, только надо помаду освежить. Я как раз выкручиваю тюбик, когда Нарыков вдруг прозревает. Точнее, ему помогает в этом то, что все стены в лифте зеркальные. Прям символично, что каждая наша встреча проходит среди отражений. Я бы сказала, это знак, но пока не решила, что именно он символизирует.