– И что ты наделал? – шиплю я на Таира.
– Я?
– Ну не я же!
Кряхтя и чертыхаясь, сползаю с кровати, приоткрываю дверь и спрашиваю темный коридор, в конце которого виднеется свет из кухни:
– Чувствительные натуры есть?
– Нет, – это рявкает Дан.
Омг. Это что за собрание братьев Каримовых? Что за повод? И младший не спит, и старший какого-то черта здесь.
Повздыхав, я выпираюсь навстречу судьбе, благородно предлагая Таиру:
– Уходи, я прикрою…
Нарыков закатывает глаза, поднимается и идет за мной. Более того, на кухне он задвигает меня себе за спину и протягивает руку Марату:
– Таир.
Я из-под мышки Нарыкова оцениваю обстановку. Рожи обоих братьев суровые. Дан даже кулаки сжимает, но он у нас вообще впечатлительный.
– Марат, брат Алсу, – с тяжелой интонацией представляется старшенький.
– Соболезную, – скорбно отвечает Таир.
– Ты кто такой? – встревает Данчик.
Я мучительно размышляю, сильно ли мне прилетит, если скажу, что это так, ничего серьезного. Уже открываю рот, но Нарыков меня опережает:
– Походу, я парень Алсу.
Глава 22
– В смысле «походу»? – кипятится Дан.
– Твое какое дело? – вякаю я из-за укрытия.
Посмотрите на него, какой дерзкий! Совсем не думает о последствиях. Он-то девчонок к себе в «берлогу» постоянно таскает. Поток прям постоянный. И судя по тому, как громко орет у него во время посещений музыка, они там не разговоры разговаривают.
Я ведь могу устраивать диверсии.
Или еще лучше: расскажу Ритке невзначай.
Нашелся мне поборник морали.
Однако мой возмущенный вопрос игнорируется всеми присутствующими, будто меня и нет на кухне. А это так, тявкает кто-то.
– Я понимаю ваше беспокойство, – Таир говорит немного устало, но спокойно, не поддается на провокации Дана. – У меня самого есть сестра, и не одна… – Взгляд Марата становится сочувствующим. – Я бы не позволил себе воспользоваться таким состоянием Алсу…
Это он так говорит, что не трахнул бы меня пьяную? Дипломат, блин.
– А другим состоянием, значит, воспользовался бы? – У младшенького продолжает пригорать.
Кстати, да. Меня тоже волнует ответ на этот вопрос. Вспоминается момент, когда у Таира встал в ресторане. Улика, конечно, косвенная. Я хочу знать наверняка.
Блин, не видно лица Нарыкова, зато видно, как Марат закатывает глаза.
– Мы знаем, что вы… э… просто спали, хоть и не очень мирно.
Так. У меня поднимаются брови. И кто дежурил под дверью?
Походу, Данчик. Это он вызвал старшего? За каким хреном, спрашивается? Что это за народный суд, вообще?
– Спасибо, что доставил домой эту козу.
– Э! – возбухаю я, и на этот раз мне достается тяжелый взгляд.