Глава 33
Выйдя из меня, под мое тихое шипение, Таир скатывается на кровать. Он лежит рядом, но кончиками пальцев продолжает водить по моей пояснице.
– Что это было? – Я хочу звучать грозно, но получается как-то растерянно, если не сказать жалобно. Это надо исправлять. Я не жертва!
– Следственный эксперимент, – со смешком отвечает Нарыков, снова взводя во мне пружину возмущения. Жаль, что демонстрировать его я пока могу только вербально.
– Попрошу занести в протокол, что он был проведен с нарушениями!
Я старательно прячу лицо от Таира, догадываясь, что лицо у меня сейчас красное, и косметика уже частично отпечаталась на покрывале. Вандал.
– Нарушениями? Тебе понятых не хватило? – хмыкает на мое рычание Нарыков. – Главное, что выводы сделаны.
– Какие-такие выводы? – Я не выдерживаю и все-таки поворачиваю голову к Таиру. – И отвяжи меня!
Вопреки моим ожиданиям, выражение лица у Таира не расслабленное и не сытое. Он задумчиво смотрит на меня, явно не испытывая жгучего желания освободить. Догадывается, что я его по головке не поглажу?
С некоторым сомнением Таир все же тянется и щелкает ремешком. Хочется сразу же его треснуть, но силы в данный момент во мне недостаточно, и после того, как вторая рука оказывается на свободе, я продолжаю лежать пластом, просто вытянув ноги. Даже на спину не переворачиваюсь. Сейчас во мне конфликтующие исходные: тело заполнено приятной истомой, а мозг требует расправы над мерзавцем за все то, что он сделал не как положено.
И он еще умозаключения какие-то выводит?
Сверлю взглядом наглую физиономию. Безобразие! Длинные ресницы Нарыкова опущены и даже не дрожат. Да он сейчас задрыхнет!
– Так что показал эксперимент? – Я с удовольствием докапываюсь до Таира, походу, относящемуся к тому типу мужчин, которые после секса не горят желанием поговорить. А вот раньше надо было думать!
– Полученные данные говорят о том, что ожидания оправдались. Результаты подтвердились. Подозреваемая виновна.
– Ты юрист? – морщу я нос. Почему-то юристов я не очень люблю, они зануды.
– По первому образованию, – с тяжелым вздохом, радующим мое сердце, отвечает Нарыков. – Уголовное право.
– Как мило, что ты все-таки нашел время рассказать мне о себе хоть что-то… – иезуитствую я.
– Алсу, ты видела почти всю мою родню, и это на первой неделе знакомства…
Вот зря он мне напоминает, что дорвался до сладкого так быстро.
– Вообще-то, такие детали нужно выкладывать до секса, а не после!
– Не после, а между… – бессмысленно отвечает Нарыков.
У меня глаза на лоб лезут.
Как это между? Он что, на что-то еще рассчитывает?