– Много успела посмотреть? – дает понять, что мои махинации с телефоном раскусили.
– Недостаточно, – не вижу смысла отпираться.
– И не стыдно тебе? – поднимает бровь Таир.
– Нет. – Ну а что? Одни бабы в списке контактов у него, а стыдно должно быть мне? Интересно девки пляшут. – А тебе есть что скрывать?
– Все, что тебе нужно знать, я и так скажу.
Смотрю на него скептически. Когда это мужики добровольно признавались в грехах? Понимают, что если так сделают, то им каюк, и молчат, как рыба об лед. Женщина – это тебе не советский суд, который самый гуманный в мире. Никакого снисхождения не будет. Любая деталь будет воспринята как отягчающее обстоятельство. И Таир как юрист это сечет.
– Ты даже не представляешь, сколько всего мне нужно знать, – фыркаю я. Меня волнует даже адрес командировочной телки. Не из ревности, конечно, а чтобы объяснить ей, что нечего ей на мое зариться. Зачем мужчину отвлекать от страданий по мне? У него, может, наконец, смысл в жизни появился.
– Не путай «должна знать» и «хочу знать», – хмыкает Таир.
А вот это он зря. Я опасно прищуриваюсь, предвкушая любимую забаву – скандал на тему «Ты – мужлан, и ничего не понимаешь в женщинах!».
Но Нарыков и тут обламывает. Он двигается ко мне с подозрительными намерениями. Ну уж нет!
– Ты чего задумал? – трусливо отступаю на шаг, остро ощущая отсутствие трусов. Ну как бы, а где они вообще?
– Кажется мне, что я как-то плохо себя показал на этой индивидуальной экскурсии, – вкрадчиво кается Таир. – По идее, экспозиция должна оставлять немое восхищение, а у посетителя осталось много вопросов…
Я бочком придвигаюсь к лестнице. Псих. Сотру эбонитовую палочку до мозоли? Я и так уже гордо перенесла все тяготы, выпавшие на мою долю. Я на свидание не за сексом пришла, а разжиться сведениями и помотать нервы Нарыкову. А он хочет все испортить! Мы так не договаривались! Все не так должно было быть! Если я два раза немножко передумала, это еще ни о чем не говорит!
– Это не значит, что нужно замордовать посетителя выставки, тыча ему фактами в лицо! – открещиваюсь я. – Чисто физиологически невозможно неметь столько раз подряд! Я, может, вообще холодна к современному искусству…
– Желание гостя – закон, – ухмыляется Таир. – Мы можем перейти к классической программе, чтобы ты убедилась, что с твоим эстетическим темпераментом все в порядке…
И хотя я вижу, что это все – просто дразнилки, у меня сдают нервы.
– Классическая программа – это когда девушку на свидании кормят, а не фаршируют!
Нарыков сдается. По-моему, он пребывает во власти заблуждений, что ему удалось избежать расспросов. Мы спускаемся на первый этаж. Таир избавляет блюда от клошей, и я понимаю, что голодная, как не знаю кто. А главное – все на вид такое вкусное. Я мрачнею. Ну вот что за человек Таир? Я девочка. Я хочу на свидании быть в красивом платьице, благоухать духами, хлопать накрашенными ресницами и томно грызть одну веточку петрушки. А не шастать в мужской футболке без трусов, зато с полотенцем на волосах а-ля натюрель и сметать все со стола.