А вот то, что не укладывалось в эту логику, Файзулла сегодня наблюдал лично.

Удвоенный десяток, явно принадлежащий к страже земель фарси (судя по обмундированию и амуниции), оцепив пару базарных рядов, принялся вытряхивать народ из лавок в проход, учинив самый настоящий обыск.

Руководили действом двое стоявших в стороне магов, свысока глядевших на окружающих холодными рыбьими глазами. В одном из них Файзулла по характеру искры уверенно опознал «огонь». Искру второго определить не смог.

Появившаяся на шум конная четвёрка туркан, чья смена в патруле выпала на сегодня, не успела открыть рта и спешиться, когда маг огня небрежным движением руки превратил четверых людей в живые факелы вместе с их конями.

После этого маги затеяли экзекуцию, видимо, разыскав-таки того, за кем гнались и кого искали.

Люди города, столпившись вокруг, не знали, что делать. С одной стороны, такого вопиющего произвола эти земли раньше не видели. С другой стороны, запах горящего живьём мяса, кажется, доносился сюда даже с соседнего ряда, не смотря на преграду в виде каменного строения.

Всё это Файзулла быстро и шёпотом сообщил брату ханской дочери, попутно наблюдая, как десяток солдат фарси растягивает какого-то бедолагу на земле, попутно срывая с него одежду.

Под которой, о Аллах, обнаруживается женщина.

Второй маг — менталист!.. доходит до Файзуллы с запозданием. Ибо только таким воздействием и объяснялись некоторые последние события (включая рассеянность самого доктора, не опознавшего женщину, пусть и переодетую, на коротком расстоянии).

Файзулла хотел сообщить это своему собеседнику, но брат дочери Хана уже вовсю расталкивал народ на площади, явно пробираясь вперёд.

— Что и требовалось доказать, — с удовлетворением осклабился маг огня, оглядывая толпу с превосходством. — От правосудия Шаха никто не уйдёт! А ты, нечестивая мразь, ещё тысячу раз пожалеешь…

О чём пожалеет распятая на земле, маг не договорил.

Пробравшийся наконец сквозь толпу Атарбай громко рявкнул и поднял руку, требуя внимания. Видимо, подобные действия слугами шаха прорабатывались, потому что один из солдат тут же вздел древко копья в воздух и ткнул им в странного здоровяка, явно ищущего несчастий на свою голову.

Чтоб через секунду оказаться в пыли вместе со своим же копьём.

— Ты что, несчастный, смерти ищешь⁈ — слегка удивился происходящему тот из магов фарси, в котором Файзулла небезосновательно подозревал менталиста. — Быстро посмотрел мне в глаза, стал молча и не двигаясь! — чуть лениво и явно рисуясь добавил он.

Видимо, свою команду перс подкрепил и каким-то магическим воздействием, поскольку Файзулла, во-первых, зафиксировал движение внутренней энергии у него. Во-вторых, ровно через секунду, лицо менталиста вытянулось от удивления: брат дочери Хана никак не отреагировал на «подкреплённый» приказ и буднично свернул шею ближайшему солдату, наступая левой ногой на его тело: