Пробравшись в центр, здоровяк поприветствовал Актара из каррани (с которым был явно знаком) и обратился к тому с вопросом:

— Объяснишь, почему все здесь? Где судить-то будут?

— Послали за местными старейшинами, — вежливо ответил лысому Актар. — Они прибудут, подскажут, что и как.

— У нас суд обычно происходит в покоях лица, облечённого властью на данной земле, — задумчиво продолжил беседу чужак. — Султана, бея и так далее. Он обеспечивает и охрану, и содержание в заключении преступника.

— У нас же нет времени бегать по долинам, — чуть нахмурился Актар. — Местный десяток стражи на представителей власти точно не похож. В том смысле, что десятник не имеет отдельного помещения и находится преимущественно в дальнем мехмун-сарае. Сейчас старики прибудут, выясним всё и будем решать…

Актар давал понять своему большому лысому приятелю, что в ритуале знакомства немалую роль будет играть сразу целая сумма качеств троих судей, которых ещё надлежит выбрать.

Ожидаемые старики собираются в течение следующего часа.

Актар, тоже имеющий статус старейшины, уводит мужчин своего возраста чуть в сторону и какое-то время переговаривается с ними. На короткое время даже возникает жаркий спор, но быстро стихает, когда азара оставляет дочь Хана туркан на попечение воинов, а сам присоединяется к старикам-пуштунам.

Причём, делает он это в достаточно странной манере: он подходит к группе мужчин и просто поднимает руку, обращая на себя внимание.

Через какое-то время спор в группе старейшин стихает и все с любопытством смотрят на чужака.

— Давайте, он скажет, — предлагает Актар. — Дочь Хана туркан не знает пашто, он говорит от её имени.

— Уважаемые, приветствую всех. Я Атарбай, говорю от имени туркан. К пойманному преступнику у Шатра Хана есть претензии. Я мог бы очень долго сейчас говорить, чтоб вы устали меня слушать. А перебить опасались бы, дабы не задеть гостя…

Присутствующие весело хмыкают, как один, оценив и юмор момента, и откровенность здоровяка.

— Но давайте пойдём другой дорогой. Я просто скажу, что хочу, а потом вы решите, — переждав смех, продолжает Атарбай. — Одно из трёх мест судей от всех туркан просим предоставить дочери Хана. Остальные два места — на ваше усмотрение, тут вам решать. Хотя, с моей точки зрения, второе место было бы правильным отдать Актару: он тоже является представителем одной из пострадавших сторон и полностью соответствует всем требованиям, предъявляемым к судье. От себя скажу: именно его мудрость и глубина суждений не дали в своё время разгореться огню братоубийственной резни между туркан и пашто.