И о чём-то вполголоса спорить с идущим сразу следом за ним Актаром.

Меня больше удивляет Актар, который ухитряется удерживать с нами единый темп (хоть и шагает налегке). А ведь он уже в возрасте…

Время от времени делаем привалы, но совсем ненадолго.

На каком-то очередном этапе идущий первым проводник вдруг становится на четвереньки и начинает в прямом смысле ползать вокруг участка поверхности два на два, сплошь усеянного гравием:

— Он шёл тут! — возвещает «снизу» донельзя довольный представитель Бамиана. — Один человек, как вы говорили, не наш…

— А как давно прошёл? — перевожу ему вопрос Алтынай, чтоб упереться в его красноречивое сожаление.

— По камню не видно, когда. Понятно лишь, что он тут шёл.

Ободрённые найденными следами (хотя кроме местного их никто и не заметил), мы даже чуть прибавляем темп, в надежде сократить разрыв.

При планировании маршрутов, Хамид из Бамиана, с высоты опыта, указал более и менее вероятные пути выдвижения нашего преследуемого со словами:

— Если он идёт один, а сам не отсюда, то пойдёт по этой или по этой дороге. Вот по этой не пойдёт точно, тут надо идти минимум вдвоём.

— Какая из двух дорог короче? — уточнил Актар, поскольку все эти весьма приблизительные схемы естественно не учитывали ни рельефа, ни перепадов высот.

Старейшина Бамиана уверенно ткнул в одну из линий.

* * *

Годы брали своё.

К своему великому сожалению, Актар чувствовал: таким, как был в молодости, ему уже не стать. Несмотря на то, что из груза ему не доверили ничего, он едва поспевал за местным проводником, которого в молодые годы наверняка заткнул бы за пояс.

Впрочем, все старики так думают, посмеялся над самим собой про себя Актар.

Он бы, возможно, и не пошёл бы. Но по дочери степного Хана все её намерения читались, как на ладони (оставаясь, по недосмотру Всевышнего, секретом лишь для её брата), а отпускать её в сопровождении молодых пашто, без кого-то из старейшин, было бы неправильно, по целому ряду причин.

Обсуждать причины своих решений Актару ни с кем было не нужно и, выяснив у Хамида наиболее вероятный путь (по которому скрылся беглец), Актар просто уведомил Атарбая, что идёт вместе с ними.

Преследуемый, однако, пёр по тропе, как будто был местным.

Или как будто шёл не первый раз, подумал Актар на второй половине пути (когда стало очевидно, что настигнуть беглеца до долины может и не получиться).

Понятно, что одному идти по горам проще и быстрее, чем нескольким (особенно если одна из них — женщина), но уже через несколько часов Актар преисполнился уважением к слуге Султана: Алтынай, поддерживаемая братом, на скорость шага никак не влияла. Тормозил всех лишь он сам, будучи стариком (хотя тот же проводник старался этого не показывать).