— А если им здесь не понравится?

— Ну не понравится так не понравится, — развёл руками Кир. — Что я могу?

Отец наконец перестал сверлить его взглядом и чуть повернул голову, рассеянно глядя в окно.

— По моему опыту неприятный результат легче переварить, если изначально на него настроиться. Но я вижу, в данном случае результат тебя не особо беспокоит, так что, наверное, можно не утруждаться. Удалось с доступом разобраться или надо подключать Ирнчина?

Кир невольно шевельнул ушами. Отец так резко перевёл тему, что стоило заподозрить неладное. Да ещё эта фраза насчёт «не особо беспокоит»… Нет, порицания в его тоне не было, это бы Кир сразу уловил. Скорее наоборот, какая-то искусственная небрежность.

Кир знал своего отца не первый день, и знал, что тот отлично умеет управлять своей интонацией. Даже скорее — не может ею не управлять. У его интонаций всегда был какой-то собственный смысл, отдельный от слов. Кир так понимал, это сильно помогало при всяких переговорах на высшем уровне, когда надо было что-то дать понять своим и не дать чужим, но в быту иногда утомляло.

Ма в такой ситуации обычно упирала руки в боки и требовала, чтобы ей всё объяснили словами через рот, а не намёками и взглядами. Но в данном случае Кир не был уверен, что хочет знать, куда отец клонит. Вот выяснится, что ему не нравится Ютта, и что дальше? Или наоборот, может, он считает, что Кир недостаточно внимания уделяет ухаживаниям. Но с Юттой поди удели! Короче говоря, вряд ли это что-то, на что Кир сможет повлиять, а потому лучше вообще не интересоваться, тем более, что отец вон и сам тему перевёл.

— Да, удалось настроить, — сказал Кир. — Там вообще не в политике дело было, а в том, что у нас сетевые протоколы другие, а университетские боты приняли их за какую-то обманку для фишинга или что-то в таком духе. Короче, там надо было как бы переходник встроить, и теперь открывается нормально.

Отец покивал с улыбкой, обхватил Кира за плечи, прижал к своему боку и немного пожамкал. Кир для порядка издал возмущённые звуки, но тоже серьёзное лицо не удержал.

— Какой ты у меня взрослый уже, просто страх, — резюмировал отец и глянул на часы. — Так, ну где эта прекрасная женщина, которая отмечает на календаре каждую минуту моего опоздания на обед? Я могу в ответ тоже поотмечать!

— Сейчас придёт, — усмехнулся Кир. — У них в Доме Целителей очередной детский день, отпутывается от мелких. Мне разрешили сбежать раньше.

— А, детский день это хорошо, — одобрил отец.

Кир его мнение разделял. Поскольку отношение к целительству в качестве профессии для уважающего себя муданжца всё ещё было сомнительным, ма придумала приучать к этой идее с младых ногтей, а именно время от времени проводить экскурсию для совсем маленьких муданжцев, показывать им медицинские приборы и будни целителей. В Доме Целителей даже организовали особую игровую комнату с тренажёрами, на которых можно было послушать шумы в лёгких, посмотреть сканы внутренних органов или провести анализ на инфекции. После этим мероприятия ма приходила взмыленная и на заплетающихся ногах, но очень довольная, поскольку все надеялись, что хотя бы треть детей в дальнейшем выберет целительство своей специальностью. Младшие братья и сестра Кира тоже участвовали в играх, подавая, так сказать, правильный пример сверстникам.