Справа открылся вид на реку. Ахмадмирн здесь, вырвавшись из крутых городских берегов, разливался широко и привольно, огибая подножие хребта. Вода была зеленовато-серой, с белыми барашками быстрин; над ней кружили какие-то длиннокрылые птицы. На другом берегу в русло вдавались огромные рыжеватые камни, а на них росли корабельные сосны.

Ютта давно не выбиралась на природу, как-то всё о учёба, то учёба… И поняла, что ей этого очень не хватало. К тому же природа природе рознь, а здесь было и правда невероятно красиво. И пахло ещё так успокаиваще — водой, прелой листвой, и чем-то ещё — горьковатым, смолистым. Солнце уже перевалило за полдень, и тени от скал сделались длиннее.

Они как раз огибали выступ — такой же рыжий утёс, нависающий над тропой, — когда из-за поворота донеслись голоса. Кто-то кричал. Не так, как от боли или страха, а скандально или нервно. Но голос был мужской.

Кир нахмурился и пришпорил Мангуста; Ютта тронула Элеша следом, и они выехали из-за утёса на звуки ссоры.

Им открылась сцена.

На дороге, прямо на мокрых камнях, лежал конь, такой же огромный и косматый, как Мангуст, только тёмно-серый с белёсыми косичками. Он лежал на боку неестественно, как не ложится здоровая лошадь — передняя нога была вывернута под странным углом. Конь тяжело дышал, а на выдохе издавал низкие, утробные стоны. Поодаль стояли и фыркали ещё несколько зверей, наблюдая за сценой с явным неодобрением, написанным на мордах. Вокруг суетились пятеро парней, совсем юных, почти подростков. Один из них стоял на коленях в луже, держа коня за голову. Двое других пытались то ли приподнять, то ли оттащить несчастную зверюгу. Ещё один что-то втолковывал пожилому мужику в порескавшемся кожаном фартуке. Мужик размахивал руками и кричал что-то на муданжском. Тот парень, что держал голову коня, изредка перебивал его короткими истеричными выкриками.

— Подожди здесь, — бросил Кир через плечо, спешился и подбежал к компании.

Ютта, разумеется, не осталась.

Она спрыгнула — не очень ловко, но, кажется, никто не видел, поскольку все были заняты скандалом. Старик как раз закончил что-то выговаривать парням, схватил коня за ногу и с силой дёрнул. Конь заржал — высоко, пронзительно, отчаянно. Ютта вздрогнула и поспешила догнать Кира.

— Что он делает?

Кир оглянулся на неё и тут же окликнул парней. Те затараторили наперебой.

— Они поехали кататься, — перевёл Кир Ютте. — Разогнались, конь поскользнулся на камнях и упал. Видимо, вывих в плече. Коновал говорит — надо тянуть и вправлять.

Коновал тем временем снова дёрнул. Конь забился, двое парней едва удержали его голову.