— Хорошо, я согласен, — наконец-то с важным видом кивает Густав. Поворачивает голову в сторону окна, а там медленно проплывают вагоны уходящего поезда. Вскакивает на ноги и в панике восклицает. — Мои вещи!

— Да здесь ваши чемоданы, — успокаивает Тринклера Изотов. — Вон они у входа стоят.

Повернул голову не только инженер, но и я не выдержал, глянул в сторону входа. И точно, стоят там какие-то угловатые недоразумения, незаслуженно называемые здесь чемоданами. А чтобы этому явно фанерному, обтянутому клетчатой тканью, багажу не приделали «ноги», рядом замер в расслабленной позе унтер из местного жандармского полицейского управления. Заметил наши заинтересованные взгляды, переступил с ноги на ногу, на груди отражённым светом бликанула большая бляха. Полицейский тяжко вздохнул и выпрямился, принял позу стойкого оловянного солдатика. Понятно, почему так тяжко вздыхает. Через натёртое до блеска дверное стекло можно было разглядеть, как в это же время его напарник усердно проверяет в вокзальном буфете качество продуктов методом проб…

* * *

Испытания нового самолёта проводил на лётном поле воздухоплавательного парка. Фюзеляж поместили в деревянный контейнер и надёжно закрепили. Туда же определили крылья. Перевозили ценный и дорогостоящий (по расчётам бухгалтерии только затраты на строительство самолёта составили почти двадцать пять тысяч рублей), груз по железной дороге до станции спецпоездом прямо из завода до платформы. Там контейнер перегрузили на два автомобиля, надёжно скреплённых жёсткой сцепкой кузов к кузову, и тихим ходом доставили к арендованному ангару. Разгружали возле ворот с помощью того же крана.

Но ангаром это деревянный сарай я бы не стал называть. Сарай, он и есть сарай, только большой. И ворота широкие, как раз крылья должны пройти. Не я договаривался насчёт аренды этого сооружения, Паньшин постарался. Надеюсь, не слишком дорого он казне обойдётся.

Нет, нужно обязательно что-то своё сооружать. Если новый аппарат меня не подведёт, и задачу, поставленную государем, удастся выполнить, то я обязательно вернусь к идее постройки собственного завода по производству самолётов. Пусть даже под патронажем императора, это не страшно, так оно лучше и проще будет…

Местный персонал, как водится, любопытничал, курсанты-офицеры Учебного воздухоплавательного парка тоже набежали, по молодости лет шуточки отпускать принялись. Но, нужно отдать им должное, сразу же опознали и меня, и Паньшина, поэтому шуточки оставили и принялись помогать со всем своим усердием. Но, честно сказать, больше мешали. Пришлось Его высокоблагородию полковнику Изотову навести порядок и отогнать прочь от объекта посторонних.