Город Остров, в основном, одноэтажный, раскинулся садами и огородами привольно вдоль реки. Держу курс на знаменитые цепные мосты, издалека эту достопримечательность увидел. И две церкви точно так же стоят на известных мне местах. Одна Николая Чудотворца на маленьком островке между двух проток, и Собор Свято-Троицкий за рекой. И женский монастырь ещё не разрушен, сверкает золотыми куполами собора.

В центре и вдоль реки стоят двухэтажные красивые дома из камня, тянутся к небу безжизненным по летней поре частоколом печных труб. И везде деревья, сады и парки. Красота!

Разбрасывать рекламные плакатики над этим городом не стал, ни к чему попусту народ беспокоить. Всё равно никто из горожан не успеет сегодня до Пскова добраться. Или успеет, если лошадей гнать будет? Впрочем, какая мне разница? Такой команды не было, ну и не нужно инициативу проявлять.

Ещё час, и впереди показались пригороды Пскова. Золотой купол Свято-Троицкого кафедрального Собора издалека увидел, на него и взял курс. Достал часы, откинул крышку, уточнил время. Расчёт верный, не опоздали и не поспешили, прилетели, как и было уговорено!

Дальше всё просто. Сначала нашёл место приземления за вокзалом, оно как раз справа оказалось, но садиться не стал, снизился до ста метров, приблизительно, само собой, да и полетел над городом, разбросал над улицами и домами рекламные листовки. И только после этого вернулся назад, сделал, как и было уговорено, два круга над собравшимися на поле зрителями. На первом осмотрелся, ко второму кругу начал снижаться, потерял ещё полсотни метров, теперь даже сквозь тарахтение мотора восторженные вопли внизу услышал. И на радость публике тут же высыпал за борт оставшиеся листки! На очередном развороте сам с любопытством понаблюдал за медленно осыпающимся вниз бумажным дождём. Красиво, что тут говорить.

Кстати, народу внизу полно! Наверное, весь город сюда собрался. Даже на сколоченных трибунах ни одного пустого места, это я отлично рассмотрел. Посадочная полоса огорожена столбиками и выставленным оцеплением. Направление ветра что-то вроде колдуна указывает. Торчит шест в начале полосы и ленточка разноцветная на его конце болтается!

Покосился на Александра Карловича, рукой показал на торчащую посередине полосы мачту:

— Это что?

— Это? — переспрашивает. И вниз смотрит, рассматривает чудо-сооружение. Сначала не понимает моих претензий, но потом, видимо, до него доходит. Паньшин выпрямляется, разворачивается ко мне всем телом и громко кричит. — Клянусь, Николай Дмитриевич, я ваши инструкции лично в руки губернатору передал! А это эксцесс исполнителя…