Через некоторое время он перешел на быстрый шаг, а потом и вовсе побежал, отчего вскоре оказался и у нужной улицы.

Поднялся по лестнице и коснулся кнопки дверного электрического звонка в виде бронзовой капли, вызывая громкую трель в холе дома. В нетерпении еще раз нажал кнопку, заставляя снова звучать звонок.

И когда, потеряв терпение, уже занес кулак для стука, дверь отворилась. На пороге его встретила не привычная фигурка сгорбленной экономики, а высокий подтянутый мужчина.

— Э-э, молодой человек? — он явно удивился, встретив на пороге своей двери подростка в одежде с гербом имперского сиротского приюта. Видно, совсем не привык встречать таких гостей. — И?

Рафи быстро оглядел мужчину, отметив явно дорогой светлый костюм, белоснежную батистовую сорочку с бриллиантовыми запонками и выглядывавшую из специального кармашка золотой цепочки от часов. Похоже, это и был сам хозяин дома, Наварин Геннадий Михайлович, присяжный поверенный по наследственным и экономическим делам.

Стоит сказать, что выглядел Наварин соответственно своему непростому статусу, в неофициальном табеле о рангах приравнивавшемуся к действительному статскому советнику II-го класса. Холеный лицом, с едва заметными следами умелой пластики. На вид ему чуть больше пятидесяти лет, что считалось самым подходящим возрастом для поверенного в судебных делах. К такому и возрастные клиенты с доверием относились, и дамы еще с благосклонностью и интересом принимали комплименты и знаки внимания.

— Ну-с, молодой человек? Чего молчим? — усмехнулся он, оглядывая вдобавок улицу. Видимо, решим, что попрошайка не один и за углом может еще кто-то скрываться.

Рафи не сразу ответил, и заминка его была понятна. Господин Наварин был совсем не его уровня собеседник. В приюте к таким, вообще, запрещали подходить, а уж тем более обращаться с какими-то просьбами. Можно было тычок в зубы получить, если повезет. А в другом случае, если благородный господин будет не в духе, можно было и тростью отхватить по хребту.

— Господин, я Рафи… Рафаэль, воспитанник Имперского приюта имени Ее Высочества великой княжны Анны… Понимаете, случилось кое-что… — говорил парень сбивчиво, быстро, боясь, что его остановят и вышвырнут с порога. — У меня была… Есть сестра, и ее похитили прямо в приюте. Вот!

Затем в воздухе повисла пауза, во время которой во взгляде стряпчего удивление сменилось некоторым интересом. Похоже, дело показалось ему довольно занятным. Или просто после сытного обеда скучно стало и возникло желание немного поразвлечься. Ведь, как известно, умственные размышления очень уместны в таком качестве.