Креона, бледная и шатающаяся от усталости, оказывается, прижимала к земле ладонями массивную, ходячую ходуном, створку люка, и вливала в неё всю свою морозную мощь. Прямо перед её лицом то и дело мельтешили когти замёрзшей твари, прижатой этим самым люком.
Подлетев, я просто срубил этого упыря топором, как ствол деревца. В этот момент второй уже отгрыз себе лапу, но его голова почему-то размозжилась о стену вместе с верхней частью первой твари, и они тут же осыпались пеплом. А, ну это я просто толкнул в них огненный щит, созданный буквально по наитию.
— Мал… а!.. Луш! — Креона подлетела на люке, — Они прут оттуда! Среди крестьян был преда…
Она вдруг закатила глаза, падая в обморок. Всё вокруг Креоны и квадратного люка было покрыто инеем, а из щелей буквально валил морозный пар. Но тварей в тайном проходе это не останавливало, и они продолжали толкаться.
Одной рукой я подхватил чародейку, чтобы она свалилась поаккуратнее, а другую ладонь прижал к люку, вгоняя туда огненную силу, мгновенно прожигая толстую створку… и чувствуя остатки какой-то маскирующей магии. Смердящий свет, почему я её не заметил⁈
Мне пришлось тут же окружить нас с Креоной «огненным яйцом», потому что ворвавшееся в тайный ход пламя выскользнуло наверх. Но там, в длинном туннеле, ведущем в какой-то дом в деревне, в ревущем огне сгорали десятки упырей заживо… кхм… замертво. Что-то громко рвануло за стеной, и я понял, что это то самое здание.
Мир вокруг покачнулся, намекая, как много сил я сегодня потратил, особенно для такого желторотого магистра. Я отнял руку и, устало прислонившись спиной к стене, сел.
Тот же мир своими звуками предупреждал, что сражение ещё не закончилось. Кто-то рычал, разрывая кого-то на куски…
Вот пронёсся кромешный цербер…
Вот прогрохотал мимо медоёж…
Вот пробежал бард.
Бард⁈ Я попытался встать, но не смог, ноги не слушались. Даже бросская ярость и та вся уже сгорела.
Тут передо мной возникло испуганное лицо Луки — мальчишка тянул меня, пытаясь помочь подняться.
— Господин Малуш, они ломают ворота!
Да какие, смердящий свет, ворота⁈ Он что, Виола не заметил?
Я уставился на удаляющуюся к воротам сгорбленную, с разорванной на спине курткой, фигуру изменённого барда. Он передвигался мощными скачками, но это точно он, да ещё и с лютней своей…
Створки ворот надсадно заскрипели, падая. В открывшейся тёмной щели закопошились блестящие тела, захрипели рычащие рожи. Много, очень много!
А бард, оттолкнувшись, просто исчез в этой щели, и округа за стеной огласилась рычанием и визгами. Кто-то кого-то буквально рвал на части… Не знаю, кто и кого, но через покосившиеся ворота внутрь к нам пока никто не спешил пролезть.