Но даже тогда, в погоне за Волхом, я едва не наткнулся на смертельную магию. Здесь могло быть то же самое, и следовало быть осторожным. Будет ошибкой думать, что все мои сегодняшние враги — глупы.

Не могли они не подготовиться… Вот и Агата сказала, что мне ни за что нельзя сюда приходить.

— Видит Маюн, я понял, что не так, — Виол нервно схватил лютню, — Это… это бард!

— Что? — мы все уставились на него.

— Другой бард, и очень сильный, — прошипел бледный Виол, — А у меня как раз нет сил… Слёзы мне в печень!

Его рука тряслась над лютней, он прикусил губу до крови, но никак не мог дотянуться до струны, будто кто-то держал его руку. На предплечье Виола и вправду проявился след от пятерни, сжимающей его руку. А мы лишь растерянно оглядывались, пытаясь понять, откуда исходит та невидимая и неосязаемая магия, которая мучает нашего Виола.

— Очень сильный бард… — Виол зашатался, грозясь свалиться с коня, — Насколько же он силён, что смог накрыть всю северную землю⁈

Он всё же повалился, но я успел соскочить и подхватить его. По лицу Виола стали проскальзывать облики оборотня, и он боролся с этим. Смердящий свет, но ведь сейчас день! Не может же проклятье Моркаты днём подействовать⁈

Я обернулся, напрягая всё своё магическое нутро. Какой-то очень сильный гусляр своей песней лишает нас бдительности? Сраные барды! Сраная шарлатанская магия!

— Что делать⁈ — прорычал я, встряхнув Виола.

— Нужен… нужен… — Виол боролся с проклятием, поскрипывая стиснутой в руках лютней, — Нужен громкий… звук…

Я тут же положил его. Цербер в этот момент уже подлетел, и я как раз начертал знак огненного вихря… Прокусил палец о подставленный клык цербера и, сделав последний штрих по узору, отчего тот ярко вспыхнул, запустил вихрь в сторону деревни. Кутень тут же унёсся, сопровождая растущий вихрь.

— Кутень! Бахни как следует! — Лука аж подскочил в седле, с улыбкой крича ему вслед.

Я же, раскинув руки и заставив всех спешиться, тут же обернул наш маленький отряд вместе с лошадьми куполом. Добавил несколько слоёв — огонь, воздух, огонь, воздух. Креона тоже вскинула руки, опыляя щит внутри инеем…

Мы зажмурились, когда над деревушкой вспыхнул белый огненный купол. Я успел увидеть мысленно, как цербер унёсся в портал, и почувствовать, как земля тяжело ухнула под ногами.

А потом в нас ударила взрывная волна…

— А-а-а-а!!! — орал я, упираясь пятками и всеми чакрами.

Мир вокруг горел, купол сдвигался под напором ревущего пламени вместе с нами, и я тратил все свои силы, чтобы он не треснул. Креона тоже рычала от напряжения — её иней испарялся быстрее, чем она его наколдовывала.