— Волхва сказала, что этот нож в моих руках пробьет любую колдовскую защиту, — я вытащил из ножен кинжал и продемонстрировал его берегине. — Для того, чтобы разрушить наложенные чары, будет достаточно одного удара. Я склонен этому верить.

— А ты знаешь, куда именно нужно ударить? — подавшись вперёд, девушка заглянула в глаза. — Об этом волхва тебе говорила? А она рассказала, как подойти к чудовищу на расстояние удара? Или ты думаешь, тебя спасёт эта броня?

М-да… Как с ними все-таки сложно. Вроде берегиня — волшебное существо, но ей бы в театре играть. Общается как с мальчишкой, хотя она ведь и видит перед собой семнадцатилетнего пацана. Только я не идиот и понимаю, что шансов очень немного. Судя по её словам, леший сейчас выглядит как та деревяшка из комикса. Если он двигается быстрее меня, подойти к нему будет непросто. Одного удара деревянной лапой хватит, чтобы отправить меня в страну вечной охоты.

Все так, но там, в лесу, двести парней, которым кроме меня никто не поможет. Поэтому я буду играть в эти игры, даже если за стол напротив меня усядется бог. На что надеюсь? На самом деле много на что. На случай, на удачу, на отметину. Возможно, к лешему достаточно подойти и метка Перуна вернет его в исходное состояние? Она же сама включается, когда это нужно.

К слову, после случившегося метка не успокаивалась. Плечо в том месте покалывало, чесалось и периодически немело, как от укола новокаина. Терпимо, но раздражала невозможность почесаться. Как это сделать под кольчугой и поддоспешником? Ещё больше раздражали блики в глазах. Вернее, не блики, а контур секиры, который я увидел в момент разрушения «кокона».

Так бывает, когда долго смотришь на какой-то яркий объект, потом зажмуриваешь глаза и видишь его силуэт. Сейчас вот такая же фигня, но силуэт секиры был до сих пор слишком четкий. Словно я смотрел на него все прошедшие сутки. Не знаю, но скорее всего организм перестраивается после пережитого шока и выдаёт все эти побочки. Особо они не мешают. Ещё бы перестало чесаться.

— Нет, не думаю, что меня спасёт броня, — я вздохнул и убрал в ножны кинжал. — Куда бить тоже не знаю, но это ничего не меняет. Если ты расскажешь — буду благодарен. Или пойду сам и на месте уже разберусь. Ты, главное, покажи мне дорогу.

— То есть ты не отступишь? — Зима испытывающе посмотрела в глаза. — Пойдёшь, несмотря ни на что?

— Да, — я кивнул. — И хватит уже разговаривать. Сама же сказала, что времени до утра.

— Хорошо, — девушка кивнула в ответ. — Тогда мы пойдём вместе! Я все объясню и стану ненадолго твоей…