— Много ты понимаешь, — придержав на повороте поводья своего гнедого, со вздохом ответила Лада.

— Много — немного, но мне русалка раз помогла, — убежденно произнес рыжий. — Не совсем, правда, мне, но все равно…

— Это когда ты с русалками успел познакомиться? — тут же уточнил у приятеля Тихомир. — Почему не рассказывал?

— Да неча там особо рассказывать, — Мал пожал плечами. — Но если интересно…

— Интересно, — пробасил едущий чуть впереди меня Лют. — Говори про русалку…

Утро было волшебное. Небо уже посветлело, но в лесу ещё держалась прохлада. Собравшийся за ночь туман расползся по низинам и был похож на рваное серое одеяло. Потрескивали просыпающиеся деревья, орали где-то вороны, свежий ветер пах хвоей и сосновой смолой.

Этот лес выглядел так же, как тот, по которому мы в другой жизни гуляли с Андрюхой. Смешанный: сосны, ели и берёзы с пожелтевшей листвой. Дышалось тут так же легко, как и там, но по этому лесу гулять в разы интереснее. Хотя бы потому, что здесь можно встретить настоящих русалок.

Дорога в Сольцы — узкая, не шире двух саженей[2], — петляла между стволов, изредка прерываясь болотцами и промоинами. Колеи почти стёрлись, лишь кое-где виднелись следы конских копыт. Ездили по ней нечасто, но оно и понятно. Зачем тащить через лес телеги, когда рядом река? Ситя впадает в Шелонь, и до Сольца плыть совсем недалеко. По прямой через лес — оно, конечно же, ближе, но зачем лишний раз напрягаться и гонять лошадей?

Вообще, интересно получается. Я здесь меньше суток, а ширину дороги уже измеряю в саженях. Ситня у меня теперь Ситя, а Сольцы превратились в Солец. Нет, метры с километрами я не забыл и Сольцы тоже помню прекрасно, но, думаю, Солец сильно отличается от того городка, через который мы проезжали с другом. Впрочем, сейчас доеду и посмотрю.

Весь остаток вчерашнего дня был посвящен коневодству. Сначала я под руководством Лады учился чистить коня, чесать ему гриву и даже подвязывать хвост. Потом мне выдали конский обвес, и Мал обучил собирать своего питомца в дорогу. Под конец дня я совершил тренировочный выезд, и, к своему великому счастью, понял, что ничего не забыл. Нет, понятно, что в верховой езде мне сейчас не сравниться с дружинниками, но из точки «А» в точку «Б» добраться сумею без особых проблем.

Серко стоически вытерпел все хозяйские заботы и тренировки. В процессе чистки и расчесывания он пару раз пытался уснуть, но я ему не позволил. На ухо, правда, не орал, но сонной мышью пару раз обозвал.

Как бы то ни было, к вечеру мой причесанный, вычесанный и вытертый до блеска конь стал похож на хорошо вылизанные котовые яйца. Ездить на нем было прикольно, кормить и поить оказалось несложно, хотя с последним случился небольшой казус. Отведя коня к реке, я посмотрел на свое отражение и ненадолго подвис.