Боярин Добрыня, выполняющий в Сольце обязанности мечника, оказался крупным кряжистым мужиком лет сорока на вид. Лысый, как задница младенца. С густыми черными усами, аккуратно подстриженной бородой, мощной шеей и широкими покатыми плечами — он напоминал борца тяжеловеса.

Увидев волхву, он поднялся с лавки навстречу и, кивнув, пробасил:

— Здрава будь, знающая! Как раз собирался за тобой ехать, а ты сама, вот…

— Здравствуй и ты! — Велеслава поклонилась красному углу и прошла на предложенное ей место.

Боярин кивнул Тихомиру, а затем заметил меня и ненадолго подвис. В глазах этого грозного мужика смешались неверие и удивление.

— Меня зовут Олег, — представился я, чтобы прояснить ситуацию. — Здравствуй, Добрыня!

Ситуация не прояснилась, а скорее наоборот.

— Олег? — вон хлопнул глазами, нахмурился и перевел непонимающий взгляд на волхву.

— Перун с Велесом вернули ему душу и имя, — усаживаясь, ответила та и пояснила: — Две ночи назад колдун привел к капищу Громовержца драугров. Светомир и двое парней погибли. Олег убил колдуна. Мстислав передал тебе грамоту на награду. Парню нужны броня, седло, щит и копье.

Произнеся это Велеслава достала из-за пазухи берестяной свиток и протянула его Добрыне. Тот забрал его, перевел взгляд на Тихомира и уточнил:

— Кто?

— Сава и Фома, — со вздохом пояснил ему Тихий. — Фома, который Щербатый.

Боярин кивнул, перевел взгляд на меня и пробасил:

— Здравствуй, Олег! Неожиданно… но твой отец порадуется. Поговорим потом.

Произнеся это, он указал мне на лавку и посмотрел на волхву.

— О ладье я уже слышала, но меня интересуют подробности, — Велеслава встретилась с ним взглядом и попросила: — Расскажи обо всем, что происходило здесь в последние дни. Все необычное…

— Необычное, хм-м, — воин почесал затылок, уселся на лавку и, откинувшись к стене, пояснил: — Три дня назад у смердов, что возят соль с источников, пропала корова. Пастух клянется, что это случилось на водопое. Зашла в воду и не вышла. Плеска он никакого не слышал… В тот же день ближе к вечеру один из рыбаков нашел на отмели женские волосы — семь кос, сплетенных в одну. Утром я отправил ребят, а там, на берегу — семь безголовых скелетов уложены в ряд. У каждого на груди приросший глиняный черепок со стертым знаком. Кости хрупкие, белые — я приказал их сжечь у святилища берегинь. Зачем мне тут русальи останки?

— Правильно сделал, — Велеслава одобрительно покивала. — После сожжения души этих девок освободились и отправились в Навь. Вот только непонятно, чем ему помешали русалки…

— Да уж, — мечник вздохнул и задумчиво посмотрел в красный угол. — Еще два рыбака позавчера ушли в воду. Жили в Травке — неподалеку отсюда. Сначала домой вернулись и день не моргали. Ночь переночевали, а под утро ушли. Сети побросали на берегу и в воду… Вчера жена одного приходила. Мне ж тут все докладывают сейчас. Ребята пропускают…