На последнем участке жуф замедлился… ну да, птицы эти могут с грузом бежать либо быстро, либо долго, так что еще пара лет, и племянничку надо будет выбирать себе другого скакуна. А может и раньше, вон как вымахал…

Борекс даже украдкой пустил слезу, чего за ним давно уже не водилось — а тут расчувствовался, не иначе как от волнения и последующего облегчения при виде соклановцев. Растет молодежь, растет… жаль, конечно, что из родных отпрысков не один пока не проявил себя достойным преемником, но тут уж ничего не сделать, так уж сплели морки. А предками завещано: клан должен возглавить самый достойный, хоть из самой дальней и захудалой ветви. И он, в свою очередь, позаботится о прочих родичах обязательно. Много было других, кто нарушил мудрое правило, из отцовской любви, а то и просто не желая выпускать власть из ослабевших рук, сажая во главе родную кровнику, да негодного наследника. Много их было… когда-то могучих, а сейчас те кланы в лучшем случае цепляются за одну-две лавки на базаре, не помышляя о большем. Иные и вовсе сгинули, растворились. Старики и те с трудом вспомнят их имена и родовые знаки. А Железнорукие — вот они, топают…

— Труби остановку, — скомандовал он дремавшему в соседней корзине гоблину и, не дожидаясь исполнения своей команды, принялся спускаться вниз по сетке на боку мастодонта.

— Дорогой дядюшка Борекс… — так и есть, Диглан добрался первым, хоть и всего «на полшишечки», — мы получили твое послание!

Вблизи было видно, что племянничек и тут не упустил случая щегольнуть нарядом — новая накидка из белой с красным заморской ткани, золотая брошь… хоть все пылью и припорошилось, можно прямо из седла прыгать на балкон сраженной эдаким красавцем вдовушке. Ну и потом спасаться от разгневанных родственников тоже сподручно.

— … и сделали все как сказано было, вами, достопочтенный… — а это уже Кэрбрин. Вопрос родственных связей он, как обычно, деликатно пропустил, ибо несмотря на молодость приходился Борексу братом, хоть и очень дальним, а по одной из ветвей — и вовсе дедом. В отличие от соклановца, он был «во бронях тяжких», ладно хоть догадался шлем снять…

— … наняли всех караванных охранников, кто был в городе и мог отличить дротик от палки…

— … и даже часть городской стражи…

— … хотя уважаемый хранитель сундука Руадахн от этого сделался весь красный…

— … и визжал так, словно кровь пустили ему, а не казне клана…

— … что эти лесные дикари наверняка опоили тебя…

— … накормили злыми грибами…

— … а еще стукнули по голове, чтобы в ней остатки мозгов перемешались.