Увидев занесённую над собой массивную стопу, Геннадий перекатился в сторону, едва увернувшись, услышал жуткий треск, когда удар по полу оставил в нём выбоину и трещины.

Наплевав на любой героизм, Геннадий вскочил на ноги и бросился бежать по коридору, услышав раздавшийся за спиной гневный рык, больше подходящий яростному зверю, нежели человеку. Не глядя он выстрелил назад ещё несколько раз. Нажимал на курок до тех пор, пока затвор не отскочил назад и не застыл в таком положении, сигнализируя, что магазин опустел.

Тратить время на перезарядку Громов не стал. Вместо этого он врезался плечом в перекрывающую коридор пожарную дверь, едва не ослепнув от вспышки боли в сломанных рёбрах.

Выскочив на пожарную лестницу, он захлопнул дверь за собой, почти на ощупь найдя стопорный механизм, который её запирает, и бросился бежать по лестнице практически в полной темноте. Сверху до него долетел звук удара по металлу и жалобный скрежет. Затем ещё один.

В какой-то момент Громов споткнулся и, не удержав равновесия, покатился по лестнице на несколько ступеней, с болезненным стоном упав на площадку между этажами. Но даже это его не остановило. Подгоняемый бушующим в крови адреналином, он поднялся на ноги и пошёл дальше, не обращая внимания на ноющую от боли вывихнутую лодыжку. Мотивировал себя одной-единственной мыслью — звуки ударов сверху больше не доносились. Выдержала старая пожарная дверь или нет?

Проверять он это в любом случае не собирался.

Добравшись до первого этажа и открыв дверь, Громов толкнул ещё одну и выбрался на улицу через пожарный выход, прямо под льющий как из ведра дождь, который тут же принялся смывать грязь и меловую пыль с его испачканного пальто. Но сейчас ему было глубоко наплевать на каверзы разбушевавшейся погоды. В голове горела единственная мысль — скорее добраться до машины и свалить к дьяволу отсюда. Перезарядив пистолет, он пошёл вдоль здания.

Его машина стояла на площадке за углом здания. Хромая при каждом шаге на левую ногу, он направился к автомобилю, держа в одной руке пистолет, а другой доставая из кармана ключи. Он открыл дверь, сел на водительское кресло и сразу же сунул ключ в замок зажигания.

— Ну давай же, — почти умоляющим тоном приговаривал он. — Давай…

Двигатель завёлся, и впервые за последние двадцать минут Громов позволил себе вздохнуть с облегчением, одновременно включая заднюю передачу и трогаясь с места…

Замотанная в плотную чёрную одежду фигура упала на багажник его старого автомобиля с такой силой, будто весила под три сотни килограммов. Удар оказался таким, что заднюю часть машины вдавило в землю, а не пристёгнутого следователя, наоборот, подбросило вверх, впечатав головой в крышу.