— С фермерской крысятиной, вестимо. Есть и с капусткой, с собственного огорода.
— М-м, крысятинка… ням-ням, — я протянул медяк. — Дай с капусткой. На всё.
Я, конечно, видел крысятину в меню посещенных ранее таверн, но отведать так и не решился. Но пирожки с капустой действительно были вкусные.
— Так почему чародеи уходят? — вернулся я к интересующему вопросу, проглотив уже два пирожка из четырех, которые полагались за медную монету.
— Так Жатва на носу. Госпожа не любит присутствие некоторых ойя. В основном стихийников и особенно шу-э.
— Почему особенно шу-э?
— Так она из этих… — старуха запнулась, вспоминая слово, но, видимо, так и не осилила. — Из старых…
— Из Са’эри? — неподдельно удивился я.
— Точно, внучек. Из них. м’ер-Са’эри.
Звучало как Темные Хозяева… не Предтечи, не Старшие, а именно Хозяева.
— А расскажите-ка, что за праздник у вас тут намечается?
Что-то мне подсказывало, что это никакая не ярмарка по случаю сбора урожая.
Глава 7
Да, так и было. Это не тот праздник, который я ожидал. Да и не праздник вовсе. Скорее — откуп. Дань.
М’ер-Са’эри давно завоевали этот мир, но не войском, хотя без него не обошлось. Война была, но между сильнейшими одарёнными Эреду — потомками древних Шу и вторгшимися М’ер, среди которых были те самые Изначальные, знавшие этот мир ещё безлюдным. Те, кто бежал от безграничных возможностей Шу-Са’эри. Но во время вторжения уже не осталось тех великих адептов Воды и Жизни, поэтому победа далась М’ер относительно легко.
После показательной казни всех неугодных М’ер-Са’эри установили требование: каждый год покорённые королевства обязались предоставлять по десять тысяч душ — крепких, здоровых девушек и юношей в возрасте до двадцати лет. Их уводили порталом в неизвестный мир, и еще никто и никогда не вернулся обратно домой.
Слухи о ушедших ходили разные — один причудливее другого, но верить им не стоило. Я догадывался, для чего М’ер собирают дань людьми. Им нужны были солдаты, мясо для постоянных вторжений в мир Истока. В мой родной мир. И, возможно, я встречал тех парней и девушек, которых когда-то увели из Эреду. Но они уже вряд ли осознавали себя, а их прекрасные тела были до неузнаваемости извращены больной фантазией Анимагов М’ер-Са’эри.
И ведь тёмные обставили всё идеально — назвали Жатву праздником и праздновали с размахом и пафосом. Причём настолько, что половина из откупных душ — самые настоящие добровольцы со всех концов государства.
«Десять тысяч в год только с одного королевства», — начал считать я. — «В Эреду около пяти крупных государств, всё остальное — мелочь и неподконтрольные территории вроде Бесконечных Степей…»