— Я же обещал, что всё будет красиво. Что там Лев?
— Лев решает свои вопросы, землю там у себя отбивает, — хмыкнул Валет. — Кстати, мне птичка на хвосте принесла, что ты вчера в клинике шоу устроил. Его племяннице, Каролине, популярно объяснил, где её место. Она Льву в слезах звонила, жаловалась на злого босса.
Я нахмурился, чувствуя, как внутри снова закипает глухое раздражение от одного упоминания этой девицы.
— Если эта овца еще раз откроет рот в сторону Розы, я не просто шоу устрою, я её обратно в багажнике отправлю. Лев просил присмотреть — я присматриваю, но терпеть её выходки в своей клинике не собираюсь.
Валет раскатисто рассмеялся в трубку.
— Узнаю породу. Не кипишуй, племянник. Я со Львом уже перетер. Он девку осадил, сказал, чтобы сидела ровно и не отсвечивала, раз ты ей так доходчиво вектор задал. Больше она твою будущую жену не тронет. Как у вас с ней, кстати?
Я посмотрел через стеклянную дверь в дом. Роза как раз проходила мимо гостиной, на ходу расчесывая свои потрясающие рыжие волосы. Мой взгляд невольно потеплел.
— Выруливаем, дядя, — тихо, но твердо ответил я. — Всё идет так, как надо.
— Вот и лады. Отдыхайте. Даю вам две недели, потом жду в строю. У нас на подходе слияние с швейцарцами, твоя голова мне там понадобится. Давай, на связи.
Я сбросил вызов, сунул телефон в карман и глубоко вздохнул. Прошлое было позади. Будущее строилось прямо сейчас, на моих глазах. И это будущее мне чертовски нравилось.
Глава 25 Роза Гранская.
Прошло чуть больше недели. Время на острове текло размеренно, сливаясь в одну непрерывную, исцеляющую ленту из шума океана, долгих прогулок и разговоров, которым, казалось, не было конца.
Я наблюдала за Яном каждый день. И с каждым новым рассветом та глухая стена, что я выстраивала между нами весь последний год, осыпалась по кирпичику. Я видела, как отчаянно он старается. Как он, мужчина, привыкший всё контролировать и подчинять, порой едва заметно волновался, боясь сделать неверный шаг или сказать что-то, что могло бы меня спугнуть. Его абсолютная, обнаженная честность подкупала настолько, что мое сердце, еще недавно скованное обидой и страхом, неотвратимо таяло.
Да, у него была страшная, искореженная судьба. Да, в прошлом он совершал ужасные, безумные поступки, от которых стыла кровь. Но сейчас передо мной был не монстр и не сын криминального авторитета. Передо мной был человек. Израненный, оступившийся, но нашедший в себе силы вырваться из собственного ада. И я всё яснее понимала: он заслуживает этот второй шанс. Заслуживает нормальную жизнь, в которой есть место свету, а не только боли.