А мир за окном благодаря новой ловкости, в скупе с восприятием, возможно ещё и интеллектом… он замедлился. Снежинки падали так лениво, что я мог бы пересчитать каждую грань на кристаллике льда, если бы захотел. Я не включал «Стремительность», это была просто новая норма. Восприятие 160. Ловкость 150. Я теперь жил в другой скорости.

«Ох ты ж ёпт, — выдохнул Тишина, и я физически почувствовал, как он отшатнулся в моей черепной коробке. — Ты же сейчас как граната без чеки. Осторожнее, а то чихнёшь — пробьёшь потолок».

— Как самочувствие? — мысленно спросил я.

«Словно сижу на крыше экспресса, который разгоняется до световой скорости. Немного тошнит, но в целом — вей-хей-хей! Какой обзор!»

— Привыкай.

Въехали в Новгород. Город жил своей обычной жизнью: пробки, спешащие на работу люди, снег, падающий на лобовые стекла. Я смотрел на всё это сквозь призму нового восприятия и вдруг осознал одну ужасающую вещь.

Я видел нити.

Нет, не физически. Это было что-то вроде теплового излучения, наложенного на реальность. От некоторых людей, идущих по улице, тянулись тусклые, едва заметные искажения пространства. Охотники. Низкоуровневые, может, ранг С или В. Они не знали, что я их вижу. Они шли, пили кофе, смотрели в телефоны, а я видел в них системную суть.

А ещё я чувствовал порталы. Слабые, фоновые следы там, где когда-то были старые разломы. И один… один очень странный, тлеющий след прямо по курсу, в районе моего особняка.

— Вася, жми газ. У нас дома гости.

— Опять? — простонал водитель. — Я только хотел отоспаться!

— Эти гости незваные. И, судя по следу, они пытаются пролезть через окно.

* * *

Машина влетела во двор особняка, разбрызгивая снег по бордюрам. Я выскочил, не дожидаясь, пока Вася полностью остановится.

Новый навык «Путешественник» буквально выл у меня в голове, как сирена противовоздушной обороны. Кто-то ковырялся в ткани реальности прямо на заднем дворе, у тренировочной площадки, которую Ус построил по моему приказу.

Я рванул через парадную, перепрыгивая через три ступеньки. Мои новые 150 ловкости делали это не быстрее, а как-то… плавнее. Время вокруг меня словно загустело.

В холле мне навстречу вышла Катя. Лицо — камень, руки скрещены.

— Господин, у нас пробле…

— Знаю, — бросил я на ходу. — Задний двор. Уводи людей в подвал. Сейчас будет весело.

Она моргнула, но спорить не стала. Когда твой начальник врывается в дом с лицом маньяка и глазами, которые светятся от переизбытка системной энергии, спорить — значит тратить время.

Я выбежал на задний двор.

Тренировочная площадка: ровный квадрат тёплого кирпича, огороженный высоким забором, была пуста. Почти пуста. Прямо в центре, там, где обычно стояла чучельная фигура для битья, висела трещина.