— Собирайте вещи, — он встал. — Мы летим в Россию.

— Что? — Кармен вытаращилась. — В Россию? Там снег! Там медведи! Там нет нормального кофе!

— Там — Громов, — Эль Ключе посмотрел на них. — И там — наш шанс перестать быть пешками.

— А Управление? — Хавьер нахмурился. — Что ты скажешь Волкову?

Рикардо улыбнулся. Улыбкой человека, который только что решил поставить всё на красное в рулетке, где шарик — судьба мира.

— Я скажу ему «да», — ответил он. — Я приму его сделку. Я пообещаю убить Громова. Я полечу в Новгород с его папкой в руках и с его доверием в кармане.

— Но… — Кармен начала.

— Но, — он поднял палец, — когда я найду Громова, я не буду убивать его. Я предложу ему кое-что получше. Я предложу ему Южную Америку. Свою армию. Свои порталы. И своего Запечатывателя, который может закрыть любую дверь — включая ту, через которую Управление лезет в наш мир.

— Двойная игра, — прошептала Кармен. Её глаза загорелись. — Ты сумасшедший, босс.

— Я колумбиец, — Рикардо пожал плечами. — Это одно и то же.

— А если Громов не согласится? — спросил Хавьер. — Если он скажет «нет»?

— Тогда я убью его, — Эль Ключе посмотрел на джунгли. На темные, бесконечные джунгли, которые скрывали столько тайн. — Но сначала — попытаюсь. Потому что если мы не объединимся… Управление сожрёт нас обоих. И даже костей не оставит.

Изабелла встала рядом с ним.

— Я с тобой, — сказала она.

— Я тоже, — Кармен взвела дробовик. — Но ты должен мне хороший кофе, босс. Настоящий. Не эту помойку из лагеря.

— Хавьер? — Рикардо посмотрел на здоровяка.

Тот помолчал. Потом вздохнул.

— Если я поеду в Россию… там показывают «Дикий Роман Марианы»?

— Я куплю тебе все сериалы мира, — пообещал Эль Ключе.

— Я в деле, — кивнул Хавьер.

Рикардо стоял на крыше, окружённый своей командой — сумасшедшей, опасной и преданной. Впереди был океан. Впереди была Россия. Впереди был Громов — ходячая аномалия, которая могла стать его союзником или его погибелью.

И Управление, которое думало, что купило его.

«Вы ошиблись, сеньор Волков, — подумал Эль Ключе, глядя на звезды. — Я не пешка. Я — ключ. А ключи не только закрывают двери. Они их открывают».

Он спрыгнул с крыши и пошёл готовиться к полёту. У них было сорок восемь часов. И он собирался использовать каждый из них.

* * *

Самолёт был частным, как и всё, что касалось Карлоса. Старый, дырявый «Геркулес», переделанный из военного транспорта в летающий сарай. Он вонял керосином, потом и нестиранными носками, но летал. А это было главное.

Карлос проводил их с таким выражением лица, словно Рикардо только что пообещал ему золотые горы, но при этом держал в руках динамит.