Но меня стопорило чутье. Тишина, поселившаяся в моей голове после отключения Искры на ТЭЦ, вдруг завозилась. Не как раздраженный сосед, а как собака, почуявшая чужака.

«Саня, — голос Тишины был непривычно резким. — Проснись. Немедленно».

Я открыл глаза. В спальне было темно. Свечение Искры после вчерашнего еще не восстановилось, я был тусклым, как лампочка в подъезде.

И тогда я услышал это.

Тихий, чавкающий звук. Как будто кто-то резал плотную ткань тупым ножом. А потом — запах. Медный, сладковатый. Запах свежей крови.

Я соскочил с кровати так быстро, что пробил паркет пятками. Рука машинально потянулась к кинжалам на тумбочке.

Дверь в спальню распахнулась.

На пороге стоял Радж. Мой верный, вечномедитирующий Радж, который еще вчера клялся мне в кармической преданности. Он улыбался.

Улыбка у него была неправильной. Губы растянуты до ушей, буквально, ткань кожи треснула по уголкам, обнажая десны. А в его глазах не было ничего. Пустота. Абсолютная, стеклянная пустота, в которой пульсировал крошечный золотой огонек.

В его руках был кинжал. Мой кинжал, из арсенала. И по лезвию текла кровь.

— Господин, — произнес Радж. Но голос был не его. Чужой. Механический. Словно кто-то использовал его голосовые связки как динамик. — Управление передает привет.

Он бросился на меня.

Движения у него были рваными, неестественно быстрыми.

Я уклонился от удара, уходя в кувырок через кровать. Кинжал со свистом рассек воздух там, где секунду назад была моя шея. Радж прыгнул следом, ломая спинку кровати, как картонную.

— Жигано! — рявкнул я, призывая навык.

Пространство вокруг меня содрогнулось. Серый марево сгустилось, и на пол спальни рухнул темный эльф. Два метра чистой мышечной массы, обсидиановый клинок наготове.

— Господин, — Жигано осекся, глядя на Раджа. Его красные глаза сузились. — Объект не распознается как союзник.

— Это потому что он больше не союзник, придурок! Мочи его!

Радж не испугался. Он вообще, кажется, перестал чувствовать страх. Огонек в его глазах вспыхнул ярче, и он снова атаковал, на этот раз целясь мне в грудь, прямо туда, где пульсировала Искра.

Жигано перехватил его. Молот врезался в ребра индийца с тошнотворным хрустом. Раджа отшвырнуло к стене, пробив гипсокартон и проводку. Искры брызнули во все стороны. Но он не закричал. Он просто поднялся, вытирая кровь с разбитого лица, и снова бросился вперед.

Хруст. Тишина.

Я тяжело дышал, глядя на тело. Кровь заливала ковер ручьем. Мой лучший координатор. Мой…

— Ус! — заорал я, выскакивая в коридор. — Катя!

Коридор напоминал бойню. Трое индийцев лежали у стены, изрешеченные пулями. Четвертый висел на перилах лестницы, пронзенный собственным копьем. А у двери в комнату Маши стояли еще четверо. С такими же пустыми глазами, и, с оружием.